Книга Принцесса и медведь, страница 68 – Марья Зеленая

— А не сбежит? — Рагнар будто прочитал ее мысли.

— А ярл что на это скажет? — добавила Матильда.

Бьорн извлек из ларя какие-то свитки и подошел к столу. Виола затаила дыхание в ожидании его ответа.

— Не сбежит. — Он развернул пергамент. — А ярл велел не спускать с нее глаз, но не сказал, что мы должны безвылазно торчать дома.

Виола вздохнула с облегчением.

Ей стало любопытно, что за документ рассматривает Бьорн, и она подошла поближе. Это оказалась карта.

— Вот здесь? Этот участок? — спросил Бьорн у мальчишки, ткнув пальцем в хитросплетение тонких штрихов.

Тот пожал плечами.

— Не знаю, господин. Я по нарисованному не понимаю.

Зато Виола понимала прекрасно. Еще девчонкой она любила забираться в отцовский кабинет и разглядывать карты в золоченых рамках, во множестве развешанные на стенах.

Вот озеро, вот Рюккен, а вот дорога до Ангалонии. Отлично! Когда придет время бежать — хорошо бы захватить эту карту с собой, чтобы не заблудиться в горах. А пока нужно постараться хотя бы как следует ее запомнить.

— Ладно, на месте разберемся. — Бьорн снова свернул пергамент в трубочку.

— Ты хоть ярла-то предупреди, что увозишь Виолу с собой, — сказала Матильда, когда он вышел из-за стола.

— Да, кстати, будь другом. — Бьорн умоляюще сложил руки на груди. — Ты не могла бы ты пойти к нему и сообщить, что нам понадобилось срочно уехать? Думаю, дня за четыре управимся.

С тяжелым вздохом Матильда кивнула.

— Боишься, что он ее к себе заберет?

— Угу.

— Ну ладно. Схожу, как вы уедете.

— Спасибо! — Бьорн чмокнул ее в щеку.

Матильда неодобрительно хмыкнула.

— Ладно. — Рагнар тоже вышел из-за стола. — Пойду тогда в дорогу собираться. Встретимся возле конюшни.

— Топор прихвати, мало ли что.

— Обижаешь, — осклабился он. — Какой же хейд без топора?

— Пойду пока напою свою клячу. — Дарри поднялся с лавки. — А то чуть не загнал, пока до вас добирался.

Гости вышли за дверь, и Виола с Бьорном остались одни.

— А куда мы, собственно, едем? — поинтересовалась она.

Он открыл один из ларей и вынул оттуда большую сумку из грубого холста.

— Если в двух словах: от отца мне досталось место под названием Грондаль и куча рабов.

— Рабов? — Виола удивленно уставилась на него. — Так значит, ты у нас рабовладелец?

Он махнул рукой.

— Может, у меня и осталось человек пять — самых ленивых. А прочие уже давно себя выкупили.

— Как это?

— Знаешь, после смерти отца пару лет я пытался заниматься всем этим хозяйством. В итоге понял только одно, раб сделает все возможное, лишь бы не работать.

Он аккуратно свернул рубаху и пару штанов и сунул их в дорожный мешок.

— И чему тут удивляться? — Виола тоже открыла сундук со своей одеждой. — Кому охота горбатиться на хозяина?

— В том-то и дело. — Бьорн снял со стены круглый красно-синий щит и положил его на скамью. — Они постоянно ломали инструменты, притворялись больными, делали все очень медленно, в общем, отлынивали, как могли. Я уж пытался и уговорами, и угрозами, и надзирателя с плеткой чуть ли не над каждым поставил.

— А они что?

— Да только хуже делались. Пряник их расхолаживает, кнут — озлобляет. В конце концов, я задолбался пинать их под зад.

— И что же ты сделал?

— Я долго думал, как заставить работать этих лодырей, и тут заметил, что наши рыбаки готовы с утра до вечера таскать из воды сети, потому что работают на себя, и каждая пойманная рыбешка — это доход в их карман. В общем, я раздал рабам землю и инструмент и сказал, что отныне они сами себе хозяева. Они должны мне только арендную плату, а все, что сверх того, могут оставить себе.