Книга Судьба исправлению подлежит. Шаг второй, страница 43 – Сусанна Ткаченко

Повисла пауза. Что можно рассказать дальше, а о чём лучше умолчать, мог решать только Карсиан.

В Стейтоне

Майкла раздражало всё: и женское тело, в котором ему приходилось влачить жалкое существование, и толстяк-Дениза со своим нескончаемым нытьём, и клятвенный браслет на запястье, и даже он сам — пятилетней давности. Это невыносимое состояние мешало мыслить трезво и холодно, чтобы придумать безупречный план. А это раз за разом наталкивало на мысль, что пять лет назад он был гораздо сильнее духом и умнее, именно поэтому сейчас  не смог оказаться в собственном теле и вынужден занять тело любовницы.

Когда его более молодой «я» явился в «Три пера» и спросил коротышку Билли, старший даже не сразу решился всё рассказать самому себе.

Он два часа ходил по номеру, массируя виски для стимуляции мозговой деятельности, но когда понял, что гениальных решений так и не приходит, всё же подавил ревность к самому себе и пошёл на встречу.

— Мы так и не познакомились, красотка. Надеюсь, ты пришла, чтобы это исправить, — с улыбкой заправского соблазнителя спросил молодой Майкл у более опытного.

Тот закатил глаза.

— Нашёл время, идиот, — пробормотал, стремительно проходя в номер. — Сядь и слушай внимательно. Дело настолько серьёзное, что от него зависит наша жизнь.

И Майкл рассказал самому себе всю историю от начала до конца, напоследок покрутив перед носом клятвенным браслетом.

— И какой у нас план? — спросил молодой Майкл побледневшими губами.

Он бы с радостью подумал, что это всё розыгрыш, да вот только девица в деловом костюме выложила ему не только факты из жизни, которых никто не знал, но даже потаённые мысли Майкла, в которых он сам себе признаваться боялся. Например, как иногда в фантазиях его заносило в спальню Хиллар, где он убивал ее и сам становился президентом Стейтона.

— А никакого плана у нас теперь нет, — проворчал Майкл в теле девицы. — Вместе давай думать. Один я — хорошо, а два лучше.

— За мной слежка. Просто сбежать не выйдет.

— Нам нужен кинжал, меняющий местами души. Я обещал вернуть Денизе тело и теперь даже убить её не могу, пока не сдержу слово.

Молодой Майкл встал и прошёлся по номеру.

— Так как мы с тобой один человек, то, подозреваю, ты хотел переселить мою более опытную душу в это тело, — он ткнул себя пальцем в грудь. — Но именно здесь и кроется твоя основная ошибка. Зачем нам два меня? Расскажи всё, что знаешь, и избавимся от женского тела. Тогда и браслет утратит силу клятвы, и менять души местами не потребуется. Сосредоточимся на той «Последней Надежде», которую я пообещал принести Хиллар. Сдержим слово и снова возвысимся, станем её незаменимым советником и даже займём постоянное место в её кровати.

В этих словах была логика, но Майклу из будущего претила мысль о том, чтобы снова себя убивать. Даже если он сольётся сам с собой, лишаться той жизни, что он имел сейчас, ему было страшно.

— Беда в том, что я не знаю, где все эти клинки хранятся. Я читал дневники в доме Бузинских, но в них не было карт. Кого Хиллар приставила к тебе в помощники? Нам нужно попасть в Великую империю и обыскать дом Бузинских. Может, я что-то упустил в этих дневниках.

— Видимо, я через пять лет стану ленивым идиотом, — внезапно рыкнул Майкл и, молниеносно выбросив руку, схватил хрупкое женское тело за шею. — Ты забыл, с кем связался? Хочешь обмануть магофага?! — прорычал он, а потом сделал шаг к настенному артефакту, транслирующему новости, и, включив его, членораздельно проговорил: — Здесь заговор. Срочно сообщите президенту и пришлите мне подмогу.