Книга Магический детокс или новогодний сюрприз для ведьмы, страница 89 – Виктория Дениз

Элианор обняла ее — крепко, по-матерински.

— Береги его, — шепнула она на ухо. — И позволь ему беречь тебя.

* * *

После завтрака они вышли на прогулку.

Воздух был морозным, звонким, как хрусталь. Снег хрустел под ногами. Территория центра выглядела сказочно: ели в белых шубах, дорожки, расчищенные с утра, ледяные узоры на перилах беседки.

Они шли рядом, и в какой-то момент Рейнар взял ее за руку. Просто взял — без вопроса, без разрешения. Виола не была против.

— Хочу кое-куда сходить, — сказала она.

— К тому дубу?

Девушка удивленно глянула на возлюбленного.

— Я тоже о нем думал, — признался Рейнар.

Они свернули с расчищенной дорожки и углубились в лес. Снег стал еще глубже, но они отлично знали путь, ведь уже проходили его пару дней назад.

Дуб, разумеется, был на месте. Он стоял здесь, вероятно, уже тысячу лет, и еще столько же будет стоять. Могучий ствол устремлялся к небу. Земля у корней по-прежнему была теплой.

Виола прижала ладонь к коре.

Тепло. Живое, ровное, древнее тепло. Как символ вечности.

— Спасибо, — прошептала она. — За это место. За покой. За то, что ты здесь.

Рейнар тоже положил ладонь на ствол.

— Мы вернемся, — сказал он. — Когда-нибудь.

Виола посмотрела на инициалы, вырезанные на коре. Десятки пар, одни поверх других, от совсем стертых до относительно свежих.

— У тебя есть нож? — спросила она.

Рейнар усмехнулся, достал из кармана складной нож — привычка боевого мага, даже без магии. Протянул ей.

Виола нашла свободное место на коре и аккуратно вырезала: «В + Р». Подумала секунду и добавила дату: «01.01».

Год указывать не стала. Только день. Потому, что этот день принадлежал не календарю, а им.

* * *

Ридсара они нашли в его кабинете.

Магистр упаковывал саквояж — складывал какие-то артефакты, бумаги, книги. Очки сидели на кончике носа, волосы снова были собраны в хвост.

— Вы уезжаете? — удивилась Виола.

— Моя работа здесь закончена, — Ридсар застегнул саквояж. — Я специалист по аномалиям, а аномалий больше нет.

Рейнар шагнул вперед.

— Ридсар. — Он протянул руку. — Спасибо. За все. За ритуалы. И даже за обман. А еще… — он помедлил, — за ту ночь. У камина.

Магистр пожал его руку, и на мгновение в серых глазах пожилого мага мелькнуло то самое выражение, которое Рейнар видел при свете угасающего камина — тихая боль, ставшая за годы почти неотличимой от мудрости.

— Берегите друг друга, — наставительно произнес Ридсар. — И не тратьте время попусту.

Виола неожиданно для себя обняла наставника. Магистр вздрогнул от удивления, потом осторожно, неловко похлопал девушку по спине.

— Мне не положено обниматься с пациентами, — пробормотал он.

— Мы больше не пациенты.

— Формально — еще пациенты. Вы выписываетесь через четыре дня.

— Формально — обнимайтесь и не ворчите.

Ридсар тихо рассмеялся.

— Илане бы вы понравились, — сказал он, и в его голосе было столько нежности к имени, которое он, должно быть, произносил нечасто, что у Виолы сжалось сердце. — Она тоже не признавала формальностей.

* * *

Вечером, когда Рейнар читал у камина, Виола села за стол и достала бумагу.

Нужно было написать Терезе. О многом. О ритуалах, о Рейнаре, о связи, о выборе. И отругать за «заговор».

Перо зависло над бумагой.

Как начать? «Дорогая Тереза, я знаю, что ты все подстроила, и я чудовищно на тебя зла»? Или: «Дорогая Тереза, спасибо, что ты подстроила все, потому что без тебя я бы ехала домой одна»?