Книга Пленница аскадцев. Цена свободы, страница 136 – Алена Бондар, Карина Рин

А потом начинает приятно водить руками по плечам и по шее, разминая, нажимая чуть сильнее в нужных местах.

— Это что, массаж? — поражённо спрашиваю, чувствуя, как тело постепенно расслабляется.

— Если ты ждала, что я тебя искупаю… — с нажимом протягивает.

— Нет, — тут же отказываюсь.

Массаж — это именно то, что нужно после того, сколько мы в седле провели.

— Так ты про Эйрика расскажешь? — разомлев, потому что он так приятно мнёт мне плечи, что я чуть не мурлычу, спрашиваю.

— Скажу так: мы немного подзаработали, и он подставился — не был сконцентрирован, — отвечает аскадец.

Резко распахиваю глаза и поворачиваюсь к нему.

— Чего? Он пострадал? А ты? — требовательно спрашиваю, резко напрягаясь.

И пытаюсь хоть что-то рассмотреть. Но вроде крови нет и явных синяков тоже.

— Не волнуйся ты так, — хмыкает Касар. — Брат восстановится, а я концентрации не терял, так что всё в порядке.

— Касар, вот пообещай мне, что с вами всё в порядке, а не ты сейчас храбришься, а мне потом нужно будет отхаживать Эйрика.

— То есть вначале ты думала, что я родного брата выкинул на улицу, а сейчас — что при смерти оставил? — с претензией в голосе спрашивает мужчина.

— Касар, — настаиваю, не отступая.

— Достала! — огрызается он и начинает вставать из бадьи.

— Ты куда? — подрываюсь за ним, вода с меня тут же стекает на пол.

А мужчина уже наспех обматывает полотенцем бёдра.

Хватаю его за локоть и требую:

— Правду, Касар!

Нам ещё противостоять незнакомцу. Нам ещё с драконом сразиться. А он тут утаивает такое. И то, что я просто беспокоюсь об этих двух невыносимых аскадцах без причины, я даже себе признаваться не буду.

— Я сейчас тебе его покажу! — гаркает он и сдёргивает простыню с кровати. — Прикройся, — кидает мне. — Но до дома ни слова. Если услышу хоть одну жалобу — искупаю в снегу, — угрожает, явно заведённый.

— Чего? — оторопело произношу.

Я не верю в услышанное. Как это — в снегу?

— Оделась и поторапливайся, пока я не передумал! — гаркает этот дикарь.

— Иначе что? — уперев одну руку в бок, спрашиваю с вызовом.

И простыню я до сих пор держу в руке. Меня-то нагота вообще не смущает, а мужчина, похоже, намеренно её сейчас игнорирует.

— Иначе… — шипит и скалится. — Привяжу тебя к кровати, и ты никуда не денешься. А в поселение поедешь как пленница, связанная, как изначально и планировалось, — напрямую угрожает мужчина.

И я давлюсь воздухом. На секунду внутри вспыхивает злость… а потом резко уступает здравому смыслу.

Подбегаю, хватаю свечу и подношу к его лицу, чтобы лучше видеть выражение. И когда убеждаюсь, что он предельно серьёзен, решаю плюнуть на гордость, потому что она мне сейчас слишком дорого обойдётся.

Касар точно исполнит угрозу. Это ясно читается в его взгляде.

Таким он на меня смотрел, когда угрожал отдать своим воинам. И тогда я без задней мысли поверила. Как и сейчас.

— Я оденусь, — цежу сквозь зубы.

Но всё же заматываюсь в простыню и, держа свечку в руке, иду за мужчиной. В коридоре мы проходим две двери, и Касар медленно открывает нужную.

Захожу и, осветив свечой пространство, вижу, что Эйрик валяется голый на кровати, а тряпка, которой он, похоже, обтирался, воспользовавшись миской с водой, — красная.

— Он ранен? — шёпотом спрашиваю, не подходя ближе, иначе разбужу.