Книга За любимым на край Вселенной, страница 128 – Алёна Орлова, Джейн Лувако

И в то же время это была она, та же влюблённая и наивная девчонка, млеющая от рук и губ Пересвета, замирающая, когда он расплетал косу и нежно касался волос, пропуская прядки сквозь пальцы. Счастье было так близко… Дыхание девушки перехватило, и она тихо застонала: не боги дали такую судьбу, но человеческая зависть и жадность сломали ей жизнь.

Однако стоило взять себя в руки, ведь сейчас её ждал трудный бой за сердце и разум любимого, и Надя постаралась отбросить воспоминания, возвращаясь в настоящее время. Выдохнув, она дала себе настрой: быть спокойной и ничем не показывать, что знакома с Пересветом. Почему-то у неё даже не было сомнений, если он узнает, сам скажет, а нет, то и выдавать себя нельзя, другого шанса у неё не будет.

За всеми мыслями и воспоминаниями девушка совершенно забыла про блюда, стоя́вшие в духовке. Уловив аппетитный запах, поплывший по дому, она опомнилась и поспешила на кухню, как бы она ни относилась к ведьме, кормить Пересвета сгоревшей едой ей не хотелось. Суетясь около плиты и кухонного стола, Надя отвлеклась от собственных переживаний и не услышала, как хлопнула входная дверь. И лишь когда прозвучал родной голос, она замерла испуганной птицей, прижимая руки к груди, где громко стучало сердце, пытающееся вырваться на волю.

— Ребека, я дома! Ты что-то вкусное готовишь? — уверенные мужские шаги, и на пороге кухни появился Пересвет.

Его удивление сменилось лёгкой гримасой брезгливости и недовольства, пронзительно синие, теперь затуманенные, глаза потемнели, словно небо перед бурей.

Как Надя ни настраивалась, к встрече с Пересветом она оказалась не готова. Кровь прилила к лицу девушки, а язык словно прилип к нёбу. Время будто остановилось для неё, она видела лишь любимые синие глаза, которые сейчас не сияли, а скорее, еле тлели. В них Надежда видела себя: босоногую служанку в мятом сарафане, от этого её растерянность становилась сильнее, как и неудовольствие молодого мужчины, рассматривающего её.

— Дорогой, ты так рано, — промурлыкала Ребека, появляясь в дверях кухни и оплетая руками шею Пересвета, — а я тебе сюрприз приготовила.

— Вижу, — почти не разжимая плотно сжатых губ, недовольно ответил он, не отводя взгляда от Надежды. — Кто это, ты же знаешь, я не приемлю рабства?! — прямой немигающий взгляд и низкий сдержанный, холодный голос, словно хлёсткой пощёчиной ударили девушку, заставив покраснеть.

— Что ты, дорогой, — тут же заюлила ведьма, с брезгливостью оценивая внешний вид постоялицы и тут же разворачивая Пересвета к себе лицом, — я, наоборот, проявила сочувствие к несчастной, не оставила её на улице, а привела домой, дала кров и еду, пока за ней не приедет отец. А девчонка решила отплатить за мою доброту, предложив помощь в готовке и уборке.

Гадина преданно заглядывала в глаза Пересвета, и от этого Наде хотелось её убить с особой жестокостью. Чтобы скрыть эмоции, она опустила голову и спрятала руки за спиной, так как разжать кулаки не получилось.

— Ты же не против этого ребёнка? — ведьма, ревниво заглядывая в лицо Пересвета, допытывалась его ответа, а он молчал, и от этого Надя паниковала всё сильнее, не зная, чего ожидать в следующее мгновение.

— Не против, — наконец сказал он и, приобняв Ребеку, повёл её из кухни, напоследок мазнув по Наде взглядом, который она не смогла понять.