Книга Невеста опального рыцаря, страница 22 – Алиса Атлас

Норт представился и посадил меня в кресло напротив. Я и без сканирования поняла, что это «чтобы лучше видеть тебя». Рука крепкая. Взгляд цепкий, внимательный. Напиток в бокале — на 2 пальца, всё под контролем.

— Ри, ты как? Почему без напарника?

— Шейла, мы полностью удовлетворили друг друга за первые 10 минут. Теперь курим каждый в своем углу.

Норт хмыкнул и сделал небольшой глоток виски.

— Ри, и что теперь?

— Теперь по плану похмелье.

— Так всё плохо? Помощь нужна? — Шейла наклонилась ближе. — Ты же знаешь, мы уже семья. И Норт поможет, если что. Правда же?

— В чём помогать, Шейла? Плакать? Не мой формат. Ты знаешь, что я не умею. Давай закроем эту тему и не будем смущать твоего напарника. У них же тоже мужское братство и все такое. Лучше подскажите, что выбрать из всего этого адова пойла, чтобы завтра получить крепкое, качественное похмелье со всеми вытекающими?

Норт поднял брови, снова хмыкнул и налил нечто настолько крепкое, что казалось стекло бокала покрылось мелкими трещинками и сморщилось.

— Стронгфул. Дэйт поил тебя искристыми? После них достаточно пары глотков и мы прощаемся с тобой на сутки. Убийственное сочетание и не надо пить ведро. — Стакан материализовался передо мной. Норт смотрел внимательно, изучающе как-то. Возьму или нет. Я взяла, отчего же не взять? И он продолжил, — а с Глейном совсем без вариантов?

— Почему же? Сейчас был успешно провален вариант А. Переходим к следующему.

— Парню?

— Варианту! При чём тут парень?

— А при том. Ты идёшь в пару с Глейном, а весь вечер танцуешь с Дэйтом. Ты их специально сталкиваешь или по незнанию? — Норт смотрел теперь исподлобья. — Тебе связь надо укреплять, а ты шлейфом крутишь. Такая глупая или распущенная?

— Норт! Ты что себе позволяешь? — Шейла вскочила на ноги.

— Честность. Честность я себе позволяю и вам, дамочки, рекомендую. — Норт поставил свой бокал на столик и сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. — Она его специально доводит, Шейла. Это подло. — А потом уже мне зло и напористо. — У него дисквалификация не снята. Любой проступок и дверь в Высший круг будет закрыта навсегда. Это твоя цель? Зачем тебе другой напарник? Ларс — лакомый кусочек, власти и денег хочется? Видел, как ты на него смотрела. Сама с Глейном разговаривала, а глядела на другого. А с виду девушка-мечта, да и только. Противно.

— Ты не имеешь право так говорить о Риальте! — взвилась Шейла. — Она совсем другая! Норт, извинись сейчас же или я вызову тебя на поединок.

— Стоп! Что здесь происходит? — От этого голоса за моей спиной я даже вздрогнула. Глейн положил мне руку на плечо. А другой вынул бокал из моих ладоней. — Норт, ты забыл о правилах приличия настолько, что менталистка готова бросить тебе вызов? И какого демона ты спаиваешь моего напарника стронгфулом? Жить надоело?

У меня искры из глаз посыпались. Надо заканчивать этот день. Желательно без кровопролития.

— Ооо! Хва-тит! Это театр абсурда какой-то. Все слова — мимо цели. Послушайте меня, пожалуйста, господа. — Я вскочила из кресла и усадила подружку обратно за стол. — Шейла, успокойся, твой напарник не стал обсуждать вопрос за спиной, а честно высказался. Это лучше, чем распускать сплетни. Выводы сделал так себе, и имеет на них право. Будь мудрой и не разбрасывайся поединками, пожалуйста. — Вдох, выдох. — Норт, ты совсем меня не знаешь. Мне жаль, что произвела такое впечатление. Прошу прощение, что не оправдала надежд. Могу сказать только, что ни на Дэйта, ни на кого-либо еще я не претендую. У меня есть напарник, буду работать с ним. — И почти закончив не удержалась, наклонилась к нему ближе. — И еще, знаешь, чувства навязать нельзя. В эти игры всегда играют двое. Если тебя не хотят, хоть голым встань, будешь просто закрывать обзор, а не привлекать. — Встала, подняла подбородок повыше, чтобы подступившие слезы стекали не по щекам, а сразу в горло. — Глейн, простите, если обидела. Я не навязываюсь и не хочу вам зла. Это просто жребий. Я его приняла, предлагаю и вам смириться. А теперь, до послезавтра. У меня по плану похмелье. — Я вынула из его рук бокал, отсалютовала жидкостью цвета жженого какао и заперлась в записывающей кабинке.