Книга Снежная вакансия, страница 48 – Софья Дашкевич

Этот вопрос был адресован Кассию, который был занят только одним: изо всех сил сдерживался, чтобы не вскочить и не поджарить Арину магией прямо сейчас. Разум затянулся кровавым саваном, ногти впились в ладони, воздух вокруг мессира тихонько потрескивал от искр.

— Хорошо, я скажу, – продолжала Арина, приняв молчание за согласие. – Мы с мессиром готовы взять организацию мероприятия для всех факультетов на себя.

Пуф! – и остатки терпения Каса испарились. Он вскочил, готовый схватить Арину за шкирку, выволочь прочь и показать наглядно, каково это – шутить с инквизиторами. Даже руку уже к ней протянул, но тут сбоку что-то хлопнуло.

Кассий растерянно моргнул, обернулся: Гай Фостус, декан артефакторов, аплодировал. На лоснящемся круглом лице архимага расплылась улыбка, залихватски закрученные усы торчали кверху, будто бы в знак одобрения.

После пары звонких хлопков к мессиру Фостусу присоединились и остальные, лишь Циний Кобальти блаженно таращился в одну точку – целый пузырек эссенции умиротворения дал о себе знать.

— Браво, Кассий! – пробасил Гай Фостус. – Признаюсь, я шел сюда, чтобы поставить вопрос ребром: или ты, или я. Но взять на себя всех родителей… Узнаю фамильное благородство Нериусов! Где ж ты прятал такие таланты, дружище?! Ума! Ума! Да где носит эту неповоротливую девицу?

По правде говоря, неповоротливым был скорее сам Гай Фостус, причем буквально: он с трудом крутил головой на толстой, почти отсутствующей шее в попытках разыскать помощницу, которая сидела аккурат за ним. Бледная худенькая девушка с бесцветными волосами тут же молью подлетела к начальнику.

— Да, мессир?

— Разошли новые письма, немедленно! Брала бы пример с помощницы Кассия: вон как она радеет за общее дело и трудностей не боится. А тебе бы все повару глазки строить! Скройся!

Бедная Ума, не переставая кивать, попятилась к двери и просочилась в коридор.

На опешившего Кассия со всех сторон посыпались благодарности. Даже Селеста Сантини смягчилась, забыв про инцидент с огнежабом.

И неудивительно: визиты родителей всегда были главной головной болью. Со студентами как-то проще, их и наказать можно за неуважительное поведение, и отчитать, а с родителями надо миндальничать. Чуть оплошал, не так посмотрел, не туда заселил, резко выразился – сразу жалоба в попечительский совет. И благодаря Арине весь этот мешок сомнительных удовольствий теперь получил Кассий. А самое ужасное – коварная девчонка не оставила ему путей к отступлению. Инквизитор вынужден был кивать, улыбаться и делать вид, что именно так все и задумывал.

Кас с трудом дождался конца собрания.

— Вот видишь, а ты хотел ее выгнать! – добил брата ректор, похлопав по спине, и удалился.

Арина тоже собралась было выйти, но Кассий захлопнул дверь у нее перед носом.

— Что-то не так? – Удивленный взмах пушистых ресниц.

Инквизитор аж зарычал. Все, что копилось в нем на собрании, выплеснулось наружу. Он высказал девице и за то, что она самовольничала, и за то, что обрекла его на сущий кошмар, а еще в красках расписал Арине, в какой безработице и нищете она будет коротать свою жизнь, если хоть что-то пойдет не так.

Арина выслушивала его стоически и абсолютно спокойно. Гнев Кассия будто натыкался на невидимую стену и рассыпался в прах. Даже как-то обидно стало бушевать в пустоту! Ни страха, ни обмороков… А точно ли она в прошлый раз потеряла сознание от ужаса или просто ловко провела его?