Онлайн книга «Переселенки»
|
— Астрономия? Я только хмыкнула: Ирма в своем репертуаре. Сидит барыней перед зеркалом, в халат закутанная, качает мелкую и упорно не желает видеть дальше собственного носа. — Вот скажи мне; подруга, ты, прожив тридцать лет в одном мире, можешь припомнить название хотя бы нескольких созвездий? Нет? Именно. А здесь, между прочим, очень яркие и большие звезды. И две луны. Вот последнее меня удивило. Почему солнце одно, а луны две? И есть ли взаимосвязь между звездами/созвездиями и характером человека? Последний вопрос, правда, изучает уже астрология. Надеюсь, и до нее здесь когда-нибудь доберутся. — Да, наверное, ты права… — Неуверенно, словно и соглашается только лишь потому, что не желает спорить. В этом вся Ирма: вместо того чтобы уверенно высказать свою точку зрения и попытаться отстоять ее, предпочитает поскорей согласиться с собеседником. Бездумно плывет по жизни, подчиняясь всем вокруг. — А что с тем мальчиком? Бастардом? — Ритоном? Ты не поверишь, у него появилось сразу два учителя, и оба — сильные маги и практикующие лекари, — я самодовольно улыбнулась, вспомнив круглые глаза мужчин, приглашенных Вартом на ужин и за чаем впервые в жизни узнавших, что лекарства можно продавать не только на развес, но и в таблетках. Собственно, никаких рецептов раскрыто не было — мое образование не позволило рассказывать об анальгине с димедролом. А вот форма подачи лекарственных средств и правильный маркетинг… В общем, оба эскулапа чуть не подрались, выясняя, кто может принести бОльшую пользу ребенку. Главное было намекнуть, что я знаю в разы больше, чем говорю, и буду благодарна тому, кто поможет развить талант Ритона. Подействовало на раз. Глава 13. Молва всегда раздувает до невиданных размеров и правду и ложь. Тацит. О как бы мне хотелось Иметь большую смелость! Мультфильм «Волшебник Изумрудного города» Ирма: Многочисленные читатели охотно скупали появлявшиеся на прилавках новинки и упорно относили все мои тексты к жанру пародии, хваля при этом легкий язык, юмористические сюжеты и необычные, красочные образы. Никто не желал считать ни рассказы, ни повести, ни романы полноценными художественными текстами, повествующими о различных глобальных проблемах современности. Даже родные люди искренне полагали, что чего-либо серьезного в созданных произведениях нет и быть не может: Тоша мягко улыбался, Ира в открытую фыркала. Не то чтобы меня задевало такое постоянное пренебрежение, скорее я склонна была думать, что, напечатавшись не один раз и удостоверившись, что весь тираж продан, могу наконец считаться маститым автором, к чьему авторитету должны прислушиваться. — Зачем? — лениво жуя булочку с повидлом, поинтересовалась в ответ на такие мысли, высказанные как-то вслух, с той стороны зеркала подруга. — Зачем тебе это нужно? Ну признают тебя супер-пупер автором, ну начнут на улицах массово узнавать, ну будут интервью брать. Смысл во всех этих действиях? Что изменится-то? Я растерялась. Мне как раз все было понятно. Теперь осталось подобрать верные слова, чтобы объяснить эти простейшие, на мой взгляд, вещи собеседнице. — Ну как же… Это же возможность… — Для чего возможность, Ирма? — Я смогу высказывать свое мнение.. Договорить мне не дали: Ира поперхнулась куском текста и закашлялась. Потом, выплюнув злосчастный кусок, прохрипела, стараясь отдышаться: |