Онлайн книга «Переселенки»
|
Ой, мамочки… Зачем я спросила… На сердце пустота. В душе огонь затушен. Теперь я уж не та. Ты наступил на душу. Мне больно — я терплю. Мне горько — улыбаюсь. Я так тебя люблю, Что чувством этим маюсь. К чему вся эта боль? К чему улыбки, слезы? Не любишь ты. Позволь. Увял цветок мимозы. Мне руку не подашь, Ничем мне не поможешь, Не скажешь мне: «Я ваш», И мир к ногам не сложишь. Любовь во мне умрет. Но все ж я не забуду Души своей полет, И мучиться я буду. Мда… Диагноз налицо… Врачи, ау! У вас, похоже, пациент из дурки сбежал… — Антону не читай. Остальные, думаю, ЭТО выдержат. Ирма: Интервью, или, как говорит Тоша, пресс-конференцию, закончили уже давно, а я никак не могла прийти в себя, забыть эту жидкую грязь, так и сочившуюся из каждого вопроса, эти отвратительные ощущения, оставшиеся после масленых взглядов журналистов и фотографов, эти слухи и домыслы, так и гулявшие по Сети… После первых «бумажных» публикаций любимый завел мне электронную почту, ее адрес довольно быстро разошелся по всем мало-мальски значительным сайтам, и в папки «Входящие» и «Спам» частенько приходили многочисленные письма от читателей, как хвалебные, так и ругательные, коммерческие предложения различных фирма и прочая ерунда. Каждый раз, открывая почту, я невольно задерживала дыхание: ведь любое письмо могло содержать в себе, как популярно сегодня говорить, и положительную, и отрицательную энергетику. Супруг над моими страхами добродушно посмеивался и несколько раз предлагал сделать переадресацию на его рабочий «ящик». Я была не против, но Ира, однажды услышав о таком предложении, фыркнула: «Ты до старости за его спиной сидеть будешь? Не надоело еще?» В словах подруги, несомненно, была горькая правда: мне действительно необходимо было учиться самостоятельности, пусть и в подобных вопросах… Сегодня во «Входящих» лежало только одно письмо, озаглавленное патетично: «Пощади!!!» Решалась я открыть мигавший конвертик минуты три, не меньше. Наконец любопытство победило страх, и я щелкнула по теме письма. «Ира я знаю что была неправа но ведь у меня маленькие дите! Нет столько денег чтобы заплатить! Ира нам же есть что то нада да и Миша… Он болеет сейчас где я такую суму найду!» Письмо пестрело ошибками, через которые было очень тяжело продираться. Впрочем, можно было просто посмотреть на подпись: «Рита». Так я и знала… — Нет, нет и нет. Послушай Антона. Эта стерва с тебя не слезет. Вердикт справедливый, заплатить им нужно. Ирма, ну пойми же, в конце-то концов! Есть люди, понимающие только наказание рублем. Простишь сейчас — в следующий раз она сделает подлость твоим детям, просто потому что они — твои. Ты правда хочешь, чтобы Алиса или мальчишки плакали из-за этой дуры? Не хочу. Подруга права, но… — Я потом ночью спать не смогу.. Ира негодующе фыркнула: — Глупости. Прекрасно сможешь. Настигнет бессонница — накропаешь очередную «нетленку». Ирма, я серьезно: не смей ее прощать. Что на это ответишь… Никаких доводов у меня не осталось, так что я лишь кивнула: вердикт справедливый, заплатить им нужно… Ирина: Тройняшки получили на шеи по медальону и забыли об оборотах еще на несколько лет как минимум. А у меня появился очередной козырь в общении с чешуйчатыми чудищами. Теперь, когда точно было известно, что трое из шести детей, несмотря на сильно разбавленную кровь, способны как минимум оборачиваться, я могла не беспокоиться, что отступник, до сих пор пытавшийся вернуть власть над сыном, будет выслушан и поддержан хоть кем-то из сородичей. Удовлетворение — приятное чувство. А уж когда оно удваивается… |