Книга Полюбить ведьму и выжить, страница 54 – Надежда Соколова

Именно эту фразу я и донесла до Кощея и по заблестевшим глазам мужа поняла, что откармливать меня он собрался как на убой.

А на следующий день мне предстояло очередное испытание — поездка вместе с супругом к моим родителям.

— Ты должна им все рассказать, — убеждал меня Кощей ночью, после любовных игр. — Как иначе они будут знать, что с тобой все в порядке? В твоей матери спит ведьминская сила. Она не должна высвободиться там, в этом безмагическом мире, иначе может случиться катастрофа. Пойми, Даша, для всех будет лучше, если твои родители побывают в Лукоморье, посмотрят на вас с Никой в подобной обстановке, осознают, что магия — не сказка и не шутка.

Я понимала и даже принимала его аргументы, но… Проклятое «но»… Что я скажу родителям? «Ма, па, на самом деле мы с Никой — ведьмы»? Так отец с этим никогда и не спорил, всегда звал своих женщин ведьмами или ведьмочками, в зависимости от настроения. Но вот поверят ли родители в колдовство, даже если увидят его? Да и сердце у отца слабое. Как бы плохо ему не стало.

В общем, ехала я в «мерсе» на следующий день в смешанных чувствах.

— Даша, Ника, — выскочила из дома в потертом халате обрадованная мама и остановилась на пороге, удивленно наблюдая за выходившим из машины Кощеем.

— Ма, это Константин, мой жених, — выдала я экспромт.

Ника рядом прыснула в кулачок. Кощей подавил ухмылку, повернулся к будущей теще.

— Приятно познакомиться с вами, — обаятельно улыбнулся он.

— Р-р-ряу! — послышалось из машины, и на землю выпрыгнула шушиндра.

— Ой, — тихо пискнула Ника.

— Даша, это кто? — изумленно наблюдая за созданным дочерью мутантом, спросила мама. Шушиндра между тем остановилась на пороге дома и вопросительно оглянулась на нашу троицу.

— Весело будет, — пробормотала я, направляясь следом за животным. — Мам, давай в доме поговорим, а?

— Да, конечно, все еще пребывая в некой прострации, согласилась родительница.

Отца мы застали на кухне. Он читал газету, сидя у холодильника. Услышав наши шаги, поднял голову, недоуменно посмотрел на всех нас.

— Даша? Ника? Что-то случилось?

— Ну здравствуй, Добрыня, — усмехнулся, входя следом за нами Кощей. — Давно не виделись.

Отец усмехнулся в ответ, и вот уже на маленькой кухоньке стоит не брюнет среднего роста с пивным брюшком, а высокий широкоплечий шатен, подтянутый и мускулистый.

— Так вот какой «мальчик» к моей дочери клинья подбивает, — даже голос изменился: стал раскатистым и громким.

— Да подбил уже, по нашим обычаям мы давно женаты, — сообщил Кощей, подавая руку.

— Быстро ты, — отец пожал руку и повернулся к нашей ошеломленной троице. — Дамы, не стойте в проходе.

— Я тебе постою, — угрожающе прищурилась пришедшая в себя мама, — я тебе так постою, ироду этакому.

Объяснение вышло бурным.

— Да, бабушку частенько называли ведьмой, — когда все успокоились и расселись в гостиной, со вздохом начала вспоминать сидевшая в глубоком кресле мама, — она была властной, иногда даже жестокой женщиной. По нынешним реалиям ее можно было считать глазливой — если не в настроении оказывалась, то любой, кто на пути у нее появлялся, мог и болячкой какой, чаще всего дурной, обзавестись. Поговаривали, что и коров она то и дело проклинала, а те потом молока не давали. Не знаю, правда или нет, но говорили, да. Мама терпеть не могла ее из-за нашего вынужденного отшельничества. Со мной никто знаться не желал, я частенько днями просиживала дома за книжками. В общем, однажды мама с бабушкой серьезно поругались на эту тему, мама заявила, что знать собственную мать не желает, и наследство ей никакое не нужно, забрала меня, восьмилетнюю, и уехала куда подальше.