Книга Изгнанная с позором, страница 17 – Нита Вольская

Пошёл в рабочий кабинет.

Ходил из угла в угол — мне так легче думается. Снова анализировал вчерашний вечер.

После происшествия на балу, я сразу забрал жену домой, и вызвал лекаря. И когда он подтвердил, что Ириану отравили, просчитал варианты, позволяющие мне выйти из сложившейся ситуации с минимальными потерями.

Со стороны ситуация выглядела как семейная драма, в которой неверная жена наставила мужу рога. Такое нечасто, но всё же случалось в нашем обществе. И очень осуждалось. Женщин за измену наказывали сурово.

А вот мужчинам такие шалости прощались. Для нас даже были созданы специальные дома, где обученные красотки удовлетворяли самые извращённые фантазии.

Но я был не обычным дворянином, а главным стражем венценосных особ. И мне такие игры не разрешались. Король считал, что женщина, с которой мужчина делит постель, получает власть над ним. А мной никто не должен управлять. Кроме него самого, разумеется.

Поэтому за воспитанием Ирианы следили строго с момента нашего обручения. Из неё должна была вырасти достойная жена для главы Тайной канцелярии — кроткая, преданная, и холодная в постели.

Такая и выросла…

Свои шашни с Люсиной я тоже прежде согласовал с монархом. Он одобрил мой план, и всячески подыгрывал. Потому что понимал, что под меня копают не просто так. Враг пытается подобраться к нему самому.

Тот, кто затеял со мной эту игру был очень умён. Мне никак не удавалось на него выйти. Драгун, опорочивший мою жену, и тайно деливший со мной любовницу, никогда не выходил на связь с заказчиком в открытую. И я в какой-то момент даже начал сомневаться. Решил, что ошибся. Или у меня развилась паранойя.

Но тут произошло отравление.

Я был восхищён вражеской задумкой. Одним ударом он планировал опорочить моё имя и пустить по ложному следу следствие. Отравление Ири было обставлено так, чтобы ни у меня, ни у всех привлечённых к расследованию не осталось сомнений в том, что любовница расчищает себе путь — метит на место неверной жены.

Но я давно работаю в системе дознания, и усвоил одну истину: чем убедительнее выглядят факты, тем меньше нужно им доверять.

И теперь мне нужно было выстроить свои действия так, чтобы враг поверил, что я и моя команда купились на его уловку. И тут главное было не переиграть. Тот, кто со мной тягается, знает что я не дурак. И если я проглочу наживку не прожевав, поймёт, что это блеф.

И я старательно «жевал» — выдал Люси обе рабочие версии. Пусть знают, что ни я, ни король не списываем со счётов возможный заговор. И нервничают. Чем сильнее, тем лучше. Паника заставляет делать ошибки.

Параллельно я предпринял всё, чтобы не допустить утечки информации: к следствию привлёк минимум помощников; засекретил материалы; и … нигде не указал тот факт, что мою жену отравили. А через Люсину дал понять врагу, что второй пункт его плана провалился. Мне нужно было, чтобы он проявлял активность — так легче будет его вычислить.

Он рассчитывал добить меня тем, что в ходе следствия вскроются новые обстоятельства: отравление, а вслед за ним — наличие у меня любовницы. За которую король должен был лишить меня должности. Поэтому Люсина "случайно" оговаривалась на балу, называя меня по имени — хотела показать нашу близость.

Но расчёт не сработал. Кружевные панталоны Ири перетянули на себя всё внимание, и никто не заметил этого незначительного факта.