Книга Проклятье для вождей орков, страница 8 – Эстер Рейн

— Драх’эн… – всхлипнула я, не понимая, чего прошу – остановиться или продолжать?

Мои руки вцепились в его волосы, но орка это ничуть не беспокоило, а ноги норовили раскрыться сильнее, давая доступ в самое сокровенное.

— Я с тобой…

Мягкие губы скользнули к животу, язык нарисовал влажную дорожку, опаляя мою кожу каждым прикосновением. А палец все продолжал мучительные движения, входя с каждым разом чуть глубже, а затем выходя и снова проникая, натягивая внутри меня невидимые струны. Мои бедра поддались этому ритму и стали двигаться ему навстречу, волны удовольствия накрывали с каждой новой глубокой лаской.

— Такая тугая и горячая, – голос мужчины стал почти звериным, низким и хриплым. – И такая сладкая.

Его язык снова обвился вокруг моего маленького, чувствительного бугорка, губы жадно захватили его, и я задохнулась, почувствовав, как внутри меня разливается огонь, а тело трепещет в предвкушении.

— Я не могу это вынести, – выдохнула, прогибаясь на постели, чувствуя, как его палец ускоряется, а язык теребит плоть, как всасывает меня, будто желает поглотить.

— Можешь, – это был вибрирующий рык.

Палец вторгся еще глубже и тверже, а затем Драх’эн добавил второй палец, заставив меня взвизгнуть от неожиданного растяжения, от опасного удовольствия.

Я несвязно запричитала, а бедра задрожали. Его пальцы толкались внутри меня, растягивая, язык неистово кружил вокруг моего бугорка, зубы легко покусывали, и с каждым мгновением я чувствовала, как внутри поднимается что-то мощное, первобытное, жгучее.

— Драх’эн! – закричала я, чувствуя, как волна удовольствия поднимается, нарастает, заполняет меня до краев, а затем разрывает, вместе с пальцами орка, которые прошли тонкий барьер и погрузились на всю длину, заставляя стонать, изгибаться, пульсировать…

— Вот так, все позади… – пробормотал орк, и его губы вернулись к моей груди, снова обхватили сосок, зажали, пососали, переводя ощущения в более спокойное и чувственное русло, но пальцы Драх’эн все еще медленно двигались во мне, разгоняя легкую саднящую боль, почти незаметную на фоне блаженства, заставляя мое лоно пульсировать и трепетать.

Я потеряла связь с миром, забылась, расплавилась. Стала крупинкой, которая существует только благодаря его прикосновениям. Мир сузился, потерялся, остался только Драх’эн, его сильные руки, его горячее тело, его влажные чуткие губы и тот дикий, неугасимый жар, который продолжал плавить меня изнутри.

Когда волны удовольствия стали спадать, я всхлипнула, и пальцы замерли внутри меня, а затем осторожно выскользнули. Драх’эн накрыл мои губы нежным, трепетным поцелуем, и я ответила ему, стараясь высказать всю благодарность за подаренное мне удовольствие.

— Мой дар, – прошептал орк, прижимаясь всем телом, но осторожно, чтобы не раздавить меня. – Моя Ай̕’ла.

Его дыхание все еще оставалось горячим, прерывистым. А рука опустилась вниз, высвобождая свою плоть. Мои глаза распахнулись от нового страха, когда я почувствовала, как его твердая горячая головка касается еще влажного и трепещущего лона. Неужели это не все? Неужели я смогу вынести еще большее?

Я протестующе дернулась, прикусывая губу орка, но он лишь усмехнулся. Затем я встретилась с ним взглядом, в его глазах словно плескалось расплавленное золото, а в расширенных зрачках можно было утонуть. По телу Драх’эна прошла новая дрожь, он удерживал себя на самом краю.