Книга Жду трамвая, страница 21 – Дарья Сорокина

— Импровизировать. Это несложно. Извини, но сейчас тебя понести не смогу. – С этими словами Юра подцепил сразу пять коробок и ловко спрыгнул на снег так, что ни одна не качнулась. – Ключи в зажигании. Захвати их и машину закрой, пожалуйста.

Так сильно мне доверяет? Я девица без определенного места жительства и средств к существованию. Вот возьму и угоню этот домик на колесах. Хотя я вряд ли бы смогла даже двумя руками рычаг коробки передач сдвинуть и укатить отсюда. Да и не водила я никогда в жизни.

Чем ближе мы подбирались к Дворцу культуры, тем сильнее я хотела сбежать, даже забыла про больную ногу. Выступления, самодеятельность… Это вообще не про меня. В универе мне приходилось участвовать в мероприятиях, но тогда это было жизненно необходимо: не выйдешь на сцену – зачет не поставят. А сейчас?

«А сейчас тебе уже терять нечего», – подсказал внутренний голос, который звучал как-то уж слишком весело, словно ему нравилось происходящее, включая тяжелый позвякивающий кокошник. Если задуматься, то этот день был веселее прошлых трех точно, а может, даже и всей моей жизни.

В фойе нас поджидали Белочка, Снеговик без морковки и Елка. Все трое недовольно притопывали, а лучше бы Чудову с коробками помогли.

— Ты долго, Юра. Дети уже начинают нервничать и терять веру в Деда Мороза, – обиженно процедила Елка.

Ага, в Деда Мороза они не поверят, а в пухлую даму в зеленом платье, увешанном шариками, и коричневых штанах обязательно поверят.

— Виноват, исправлюсь, – покорно отчеканил Чудов.

Мне совсем не понравилось, что Юра извиняется перед ними. Не думаю, что ему много платят за эти хлопоты. Скорее всего, добрый парень делает все на голом энтузиазме.

— А это кто? – не очень вежливо поинтересовалась Белочка. – И где Маша?

— Заболела Маша, – быстро сказал Чудов и невзначай добавил: – Надя вместо нее. Но танцевать не сможет, ногу повредила сегодня.

— Юра, у тебя хоть одна Снегурочка задержится дольше одного выступления? – ехидно поинтересовался Снеговик, и я мгновенно узнала голос звонившей. И что это за намеки такие про Снегурочек?

— На эту я возлагаю большие надежды. Ну что, шоу маст гоу он? – Чудов задорно потряс посохом.

Я почувствовала укол жгучей ревности ко всем Снегурочкам мира. И как много у него их было? А что за Маша? Ей он тоже кокошник заботливо подвязывал?

Я аккуратного коснулась бантика под подбородком, и этот жест не остался не замеченным. Юра смотрел на меня из-за коробок и явно что-то хотел сказать, но не в присутствии этой троицы. Можно подумать, он оправдываться передо мной должен. Не должен! Он вообще ничего мне не должен. Но я все равно хочу узнать и про Машу, и про остальных Снегурочек. А еще присвоить его заботу и доброту. Вот такая я ужасная и жадная девица. Одного дня мне хватило, чтобы захотеть Чудова только в свое личное пользование.

Происходящее со мной дальше оказалось крайне сюрреалистичным, но я на удивление легко вжилась в роль. Охала, ахала, жаловалась детям на свою судьбинушку. А они слушали и по-настоящему меня жалели. Я поведала детям душещипательную историю своей жизни, адаптируя ее под сказочного персонажа. Рассказала, что выгнал меня из ледяной избушки страшный Серый Волк, скиталась я по лесу темному, а потом упала я в овраг и сломала ногу. Я добавляла драматизма в каждую фразу, а гости спектакля участливо кивали. Забавно, и никакой психолог не нужен – толпа детишек справилась лучше. Я бы с удовольствием рассказала им, как один выпендрежник оставил меня без поцелуя, но это уже контент категории двенадцать плюс, а самому взрослому из присутствующих едва ли исполнилось шесть.