Книга Невеста дракона. Вместе навсегда, страница 24 – Ирина Коняева

Что ещё было в моём сне? Пейзаж не вызвал никакого удивления. Я буквально не заострила на нём особого внимания, словно видела не раз. И точно знала, что узкую полосу берега закрытой бухты затапливает. Не столько из — за зелени на каменных сводах. Я просто знала.

— Мамочки! — выдохнула недоверчиво. — А ведь действительно! Я жила там, в мире сайрен. Потому так люблю воду, хотя моя основная стихия — огонь. И вода меня любит, очень любит. Каждый раз когда я оказываюсь в море, оно предлагает мне ауромо. В любых количествах! А ведь Рагнар говорил, что найти его — большая удача. И когда жила на Земле, всегда обожала ездить на море или речку, могла часами не вылезать из воды, даже совершенно ледяной. И никогда не болела после. А мама… сайрена, которую я считала матерью, тоже часами плавала. И за меня не переживала — видимо, была уверена, что ничего со мной не случится.

Пока я говорила в памяти возникали десятки ситуаций, подтверждающих теорию. Особенно вспомнился случай, когда я сильно заболела и врачи не могли установить диагноз, зато прописали килограммы таблеток. Лжемать тогда увезла меня на море и велела плавать, пока мне не станет лучше, сама же стояла в шубке на берегу. И я выздоровела! И всю жизнь верила, что это из — за термического шока. Хотя… нет, об этом я тоже только сейчас вспомнила, а много лет воспоминание было недоступным.

— Захотелось прогуляться в мир сайрен, — со зловещей улыбкой произнёс наставник. — Что же там такого произошло, что мать посчитала более безопасным отправить тебя с няньками в другой мир? Ох, интересная ты загадка, Алессаль. Очень интересная.

Посмотрела на Маэстро. Он расхаживал вдоль учебной доски и был определённо взволнован. Разве это свойственно личам? Может, в мире сайрен он тоже бывал и спрятал там свой… забыла, как называется этот футляр для души? Или за меня переживает, как учитель за ученицу?

— А почему вы уверены, что мама меня спасала, а не избавлялась от ненужной обузы? — задала я вопрос нейтральным тоном, хотя на самом деле сидела, боясь шелохнуться. Слишком много во мне было сомнений, слишком много недоверия и подозрений. Я уже лишилась одной матери и теперь страшно боялась привязаться к другой, даже не зная её. Не помня. И когда признавалась Рагнару, что не испытываю к истинной матери чувств, не лукавила. Я заперла сердце на амбарный засов, ещё сверху монтажной пеной все щели заделала, чтобы не позволить себе ни единой эмоции, пока не уверюсь, что это безопасно.

— Сайрены — древняя раса, и как у любой древней расы у неё есть слабая сторона — дети. Чем сильнее становятся женщины, тем больше у них амбиций и тем меньше желания рожать и воспитывать детей в молодом возрасте. А позднее уже не всегда получается, ведь всему своё время.

Маэстро так многозначительно на меня посмотрел, словно я должна была всё бросить и бежать, роняя тапки, беременеть и рожать.

— Если это новое домашнее задание, то я официально отказываюсь, — пошутила, желая разрядить обстановку.

— Вернётся твой дракон, по — другому запоёшь, — хмыкнул наставник, возвращаясь к себе за кафедру. — Главное — обучение не бросай.

— Я и не собираюсь бросать учёбу. А дракон мой вернётся, да? Вы что — то знаете?

Сердце колотилось как ненормальное, отдаваясь в ушах такой пульсацией, что я всерьёз боялась не услышать ответ.