Книга Контракт с монстром, страница 2 – Анастасия Ригерман

Подзывая кого-то, Кир громко засвистел.

— Помогите! — вырвалось из меня, но звук получился рваным, как отголосок в пустой комнате.

Дыхание стало прерывистым. Я пыталась сделать вдох, но воздух из меня будто выдавливали. Паника вспыхнула в висках и сразу же заглохла: слова расползались, губы перестали слушаться. Я пыталась ухватиться за его рукав, за что-нибудь, но пальцы мне уже не подчинялись, как будто я была в воде, где каждое движение замедлено.

— Здесь тебя все равно не ждет ничего хорошего. Еще «спасибо» скажешь, — напоследок произнес он, только его голос звучал уже так далеко, словно из черного бездонного ведра, в которое меня медленно погружали.

Из тени выбежали еще двое — их лица были скрыты капюшонами, широкие плечи, длинные ноги, слаженные и отточенные движения, и пришли они по мою душу.

Я отчаянно боролась с действием препарата, не теряла надежды, что кто-то мог меня услышать, и помощь подоспеет. Когда уже не могла говорить, я пыталась хотя бы мычать, издавать хоть какие-то звуки, сопротивляться.

— Уймись, а то хуже будет, — чужая ладонь грубо заткнула мне рот.

Двигались мужчины быстро и слаженно, словно не раз проделывали этот трюк. Меня схватили за талию и подмышки, а после будто мешок запихнули в салон подъехавшей машины. Дверь захлопнулась с глухим стуком, и автомобиль рванул прочь.

Когда машина удалялась от знакомых улиц, я поймала себя на том, что пытаюсь запомнить номера домов, каждую мелочь, которая могла бы выручить меня потом. Но в глазах была пелена, руки дрожали, а дыхание стало мелким и прерывистым. Где-то во мне продолжало гореть одно маленькое, упрямое намерение: не сдаваться, не исчезать бесследно ради чьей-то прихоти.

Укол был один, но казалось, будто в нежную ткань моего сознания вонзили сотню игл. Я теряла границы между звуками, запахами, и мир стал пластичным, словно воск. Я вдруг вспомнила, как мать еще совсем ребенком на войне учила меня держать ладонь на запястье, чтобы понять, жива ли, — и я попыталась найти свою руку. Мои пальцы касались кожи, но ощущение было будто через толстую перчатку.

Одна из темных фигур наклонилась ко мне, чужой палец с нажимом прошелся по нижней губе. Хотелось кричать, да хотя бы дернуться, но тело не слушалось: оно будто разом прибавило в весе, превратившись в неподъемный груз.

— Хороша девка, — прохрипел мужчина, и до меня донесся запах его вонючего пота и табака. — Может, мы ее того, пока везем? Все равно никто не узнает.

Теперь меня парализовало еще и от страха. По телу прошелся озноб.

— Совсем сдурел? Это ж заказной товар. Волки почуют, голову отгрызут.

По щекам потекли слезы — сначала тихо, потом горячими дорожками.

Нет, нет, мне нельзя за стены Светоча! Мама предупреждала, чтобы я ни при каких обстоятельствах не покидала город свободных людей, даже взяла с меня обещание перед смертью. Я поклялась ей, и планировала никогда не нарушать этой клятвы. Но что я могла сделать теперь, когда похитители везли меня прямиком к главным воротам.

А еще я думала о Дениске. Прошлое пролезало в голову: его тонкие плечи, его рука в моей — и я клялась, что ни за что не оставлю его, обязательно найду способ вернуться. Кто бы мог подумать, что это невинное свидание, станет частью чьей-то жестокой игры?