Книга Бывший. Люблю сильнее, чем раньше, страница 64 – Ева Енисеева

— Добры дэнь! — сказала она с акцентом и подала мне руку для рукопожатия. — Я — Джессика.

В тот момент когда я её увидела, во мне пронеслась просто буря. Буря, сметающая всё на свете.

Вот она. Красивая, успешная девушка, с которой я видела Артёма на прошлой неделе в ледовом.

Красивая — это же слабо сказано.

Мне такой никогда не стать.

Она же как с обложки. Такие девушки сразу привлекают внимание мужчин.

Уверенная в себе, стройная, имеющая вкус.

Свежий маникюр, безупречный макияж, пухлые губы, ухоженные волосы...

— Привет, — немного растерянно ответила я, принимая её руку. — Я Аня.

— При-ятна знакоми-ца, — улыбнулась она, обнажая белоснежные зубы.

Её глаза сверкнули дружелюбием, но в них читалась какая-то скрытая напряжённость.

— Артём здес? — спросила она, оглядываясь, как будто пытаясь его увидеть.

— Нет, — заторможено ответила я. — Он внизу.

— Улица? — вопросительно кивнула Джессика. — Я хотела сказат ”привьет”. Знакоми-ца. Тэми говорил о тьебе.

“Отьебе” не то слово…

— Неужели? — спросила я, стараясь быть приветливой.

Она непонимающе на меня посмотрела. Видимо, “неужели” это слишком сложное русское слово для иностранки.

— Мы едем в парк, — объяснила я.

Она покивала.

— Я ждать низ, — сказала девушка и улыбнулась как-то стервозно.

Я попыталась улыбнуться в ответ, но внутри меня всё перевернулось, когда она отработанным и красивым жестом крутанулась на широких каблучках и грациозно пошлёпала на первый этаж в своих шикарных туфлях.

Я сглотнула.

Вышла на лестничную клетку, закрыла за собой дверь.

Всю радость будто бы высосали.

Вот эта вот мадам. Своими пухлыми губами. Уж она-то наверняка это умеет.

Проворачивая в замке ключ, я ругала себя за поспешные выводы. Ну подумаешь красивая девушка. Артём же... Он же… Я же ему важна…

На ватных ногах я стала спускаться на первый этаж, но застыла у окна подъезда, видя, как та самая “коллега” бросается на шею Артёма, а он её слишком резко останавливает. Вот значит, как.

Мне не было видно его выражения лица, зато я отчётливо видела лицо блондиночки. Она была в шоке от резкости Артёма. Девушка явно не привыкла к такому обращению.

А значит…

Значит, он мне соврал.

Сердце покрылось коркой льда.

Одномоментно. Бесповоротно. Больно.

А потом я нашла глазами Вадюшу. Он катался по двору на самокате, который для него спустил Артём.

Я вообще-то запрещала кататься во дворе, потому что у нас проездная территория, часто лихачи не соблюдали скоростное ограничение.

Но Артёму некогда было смотреть за сыном. За моим сыном.

Он же разбирался со своей фифой.

Я быстро побежала вниз.

Не бросила и взгляда в сторону предателя. Просто промчалась мимо за Вадюшей.

Артём, увидев меня, взял фифу за плечи и что-то быстро проторобанил ей на английском.

— Аня!

Но я побежала дальше, чувствуя, как ноет лодыжка.

Господи, сколько бы я отдала, чтобы не было последней недели в моей жизни.

Сколько бы отдала, только бы не видеть его лица.

Только бы не помнить его запах.

Только не довериться. Не наступить на чёртовы грабли.

Глупая, глупая девочка Аня.

Нет в жизни правды.

Точнее, у кого-то может и есть. Но не у меня.

Моя жизнь — сплошной конфликт. Сплошное несчастье. Разочарование.

Просто какой-то танец на стекле. На осколках собственного сердца, которое так опрометчиво доверяет всяким ничтожеством.