Книга Развод с драконом запрещен, страница 51 – Ева Енисеева

Ардан посмотрел на меня с лёгким недоумением, как будто я спросила, не упадёт ли солнце, если на него слишком пристально смотреть.

— Я просто… ну у нас в деревне напряжёнка была с конями, — начала выдумывать я.

— Не умеете обращаться с лошадью? — с сомнением спросил Ардан.

Таиться не было смысла.

— Совсем не умею, — призналась я, разводя руками. — Примерно как Нолан умеет писать…

— Хорошо, я помогу.

Он подвёл меня к коню и… осторожно обхватив мои бока там, где рёбра, поднял вверх, чтобы я устроилась в седле.

И вот я бы так и сделала! Так бы и сделала, честное слово!

Только вот мой ребёнок, наш общий ребёнок, в этот самый момент…

Глава 33 Похолодание

Внутри что-то шевельнулось, будто бабочка вспорхнула крыльями.

Я замерла, глаза широко распахнулись.

Ардан тоже остановился. Его руки всё ещё лежали на моей талии.

— Что? — спросил он тихо, почти беззвучно.

Я не могла ответить. Лишь прижала ладонь к тому месту, где только что ощутила жизнь. Мой ребёнок. Наш ребёнок. Он дал о себе знать.

Обернулась и наши с Арданом взгляды встретились.

Он всё ещё не отпускал меня, и от его прикосновения кожа под одеждой загорелась, а метка на запястье запульсировала в такт моему ускоренному сердцебиению.

— Он… пошевелился, — прошептала я и сама не поверила.

Взгляд Ардана стал остекленевшим, зрачки резко сузились до вертикальных щелочек. Он медленно, будто боясь спугнуть, опустил одну руку с моего бока и приложил свою широкую ладонь поверх моей. На живот.

Это было совершенно неуместно, но Нолан, к счастью, смылся, унося куда-то уздечки и свою нелепую улыбку. В конюшне остались только мы и лошади.

Мир сузился до точки под нашей общей ладонью, где бился крохотный пульс новой жизни.

— Этого не может быть, — засмущалась я. — Должно быть мне показалось. Срок ещё совсем небольшой, не должно быть так скоро…

— Я почувствовал, — так же тихо ответил Ардан. Пальцы его левой руки на миг сильнее сжали мой бок, и он тут же отдёрнул руки, будто обжёгся. — Простите.

— Мне не показалось? — спросила я.

— Ваш малыш… — прошептал Ардан, и в его голосе не было ни генеральской твёрдости, ни насмешки, ни холодности… Только глубокая, первобытная нежность, от которой у меня в груди всё сжалось. — Он очень сильный, Мэри.

— Но это же невозможно…

А потом он снова задал вопрос, которого я бы всеми силами хотела избежать.

— Кто отец вашего ребёнка?

— Какое это имеет значение?

— Прямое. От силы отца и матери зависит скорость, с которой ребёнок развивается. Рута не рассказала вам про то, что срок беременности может варьироваться, если ребёнок одарён?

Я нахмурилась. Да, Рута говорила об этом, но я думала мы говорили о разнице в пару недель, не больше…

— Так кто отец вашего ребёнка?

— Тот, кому… он не нужен, — ответила я, удивляясь, как спокойно это прозвучало. — И кто достаточно жесток, чтобы сделать вид, что ничего не было. Я его имени не скажу. Не хочу возвращаться туда.

Он медленно кивнул, будто примерял мои слова к себе.

Ардан сжал челюсть. В его глазах промелькнуло что-то тёмное. Гнев?

— Я знаю, что значит быть связанным долгом, который важнее личных чувств, — проговорил он негромко. — Мне тоже пришлось… отпустить человека. Общество, традиции, долг перед родом… Всё это диктует свои правила. Порой они слишком жестоки. Лорду нельзя оставаться без наследника. Кайра появилась очень кстати. И метка на её запястье тоже.