Книга Фейридейл, страница 62 – Вероника Ланцет

Не знаю, как долго так лежу, рыдая навзрыд, изливая все горе, которое скопилось в глубине души. Лишь спустя некоторое время понимаю, что мне нельзя здесь оставаться – вдруг Калеб вернется, вдруг снова попытается причинить мне боль.

От провалов в памяти все же есть некоторая польза – так я хотя бы не помню, что он со мной сделал. Но доказательства очевидны как божий день.

Он… изнасиловал меня.

От осознания этого к горлу подступает ком, и все же я должна быть сильной.

Я ведь еще жива, верно?

Кое-как отмывшись влажным полотенцем, снова надеваю платье, а потом хватаю сумочку, пакет с покупками и выхожу из хижины.

Только я открываю дверь, как мое внимание привлекает громкое мяуканье. Я оборачиваюсь и вижу черного котика с небольшим белым пятнышком.

— Ты… – Я быстро моргаю. – Мистер Мяу, это правда ты? – спрашиваю я, отлично понимая, как глупо себя веду. Конечно, это не может быть он. Но котенок настолько милый, что я на мгновение забываю о бедственном положении.

Наклонившись, я подзываю его поближе, и, к моему удивлению, он позволяет мне погладить его и взять на руки.

— Пойдешь со мной? – спрашиваю я, зная, что он не сможет ответить. И все же котенок прижимается мохнатой мордочкой к моей щеке, и я воспринимаю это как согласие. – Хороший малыш, – смеюсь я, несмотря на то что слезы все еще текут по щекам.

Прижав маленькое пушистое создание к груди, я плетусь обратно в город.

И пока бреду вперед, не переставая плакать, котик нежно мяукает мне на ухо. Будь он человеком, уверена, шептал бы мне слова утешения.

— Спасибо, – всхлипываю я. – Я сегодня немного не в себе, – признаюсь я, и он льнет еще ближе ко мне. – Наверное, ты не захочешь слушать о моих проблемах… Но мне так хочется уехать из этого проклятого города, забыть о его существовании, обо всех, кто живет здесь.

— Мяу, – тихо пищит он и облизывает мою щеку.

— Я могла бы взять тебя с собой. Думаю, мне удастся уговорить Эллисон оставить тебя у нас. Что скажешь?

— Мя-я-яу.

Я усмехаюсь, хотя мое лицо все еще искажено от боли.

— Расценю это как категорическое согласие.

Несмотря на языковой барьер, я благодарна котенку за то, что он рядом. Разговор с ним помогает мне отвлечься и не думать о том, что случилось прошлой ночью.

О том, что Калеб…

Проклятье, я ведь сама виновата, что села к нему в машину. Что доверилась ему, хотя никогда не должна была делать этого. И вот… Еще один мучительный стон срывается с моих губ, стоит мне вспомнить, что он сделал – что украл у меня. Я с трудом заставляю себя переставлять ноги, пока в моем сердце расцветает не похожая ни на что другое боль.

Как он мог? Как он мог так поступить со мной?

Я всегда представляла, что однажды влюблюсь в какого-нибудь мужчину и разделю с ним себя – свое тело и душу. А сейчас в моем сердце зияет дыра, после того как кто-то надругался надо мной, забрал то, что принадлежит не ему, а только мне.

Желудок сжимается, и мне становится дурно от того, что я считала Калеба привлекательным, что мечтала о его прикосновениях. Но не так. Не против моей воли, не против моего желания.

— Мур. – Мистер Мяу снова лижет мое лицо.

— Ты очень милый, Мистер Мяу, – воркую я, легонько поглаживая его по шерстке.

Затем, чтобы забыть о своих злоключениях, рассказываю ему о своей жизни дома, о работе и друзьях, о монахинях, которые меня вырастили.