Книга Вечная дева. Шанс на счастье, страница 82 – Екатерина Овсянникова

Её тёплые слова заставили меня на время отринуть сомнения и согнуть губы в лёгкой, чуть заметной улыбке. Захотелось её вновь порадовать в благодарность за доброту и помощь. Стоило лишь бросить взгляд на уже изрядно исхудавший настенный календарь, как ответ пришёл сам собой.

Если я не ошиблась, то сегодняшний день по старой традиции очень подходит для поминовения усопших. Подруга же хотела как-нибудь прогуляться со мной до могилы Роксаны? Вот и будет Марии очередное приключение. Не то чтобы я очень этого хотела, но ради важных сердцу людей иногда нужно идти на жертвы. Так учили меня бабушка, царствие ей небесное, и родная мать.

Гостья удивлённо хлопала глазами, видимо не желая так просто верить моим словам, но всё же согласилась. Всю дорогу мою душу изнутри грызла ужасная тревога, но я старалась не подавать вида. Согласно придуманной мной истории, для Роксаны я лишь дальняя, почти незнакомая родственница, а, значит, и какой-то сильной связи между нами не было.

Вид множества могил угнетал, нагонял тоску. Мы ещё не дошли до нужного места, но внутри меня всё так и кричало от желания скорее убежать обратно. Если бы не данное подруге обещание, то я, наверное, так бы и сделала.

Страх и внутренний ужас нарастали все сильнее, но, к счастью, до нужной могилы мы добрались достаточно быстро. Дабы отвлечься, я внимательно разглядывала каждый закуток своего якобы захоронения. Мария не солгала, когда рассказала, что лично ухаживала за этим местом. Вокруг могилы был выстроен небольшой столик для поминальных гостинцев и калитка с заграждением. Памятник представлял собой огранённый камень, украшенный вьющимися цветами.

«Умелая травница, лучшая подруга и добрая девушка» — гласила надпись на памятнике, возле которого Мария и сидела на коленях, понуро опустив голову.

Подойдя ближе, я заприметила, что губы её шевелятся. Похоже, подруга читала молитву. Проникнувшись её действиями, я тоже пристроилась рядом и закрыла глаза, сомкнув руки в замок для молитвы.

В каком-то смысле мне тоже было о чём скорбеть. Например, о прошлой, потерянной навсегда жизни. О безвозвратно пролетевшем десятке лет, который явно не сделал Марию моложе. О крепкой дружбе, которая исчезла на дне озера вместе с Роксаной. Теперь есть лишь Лексана. Таинственная незнакомка с нечестивым русальим даром, которая очень хочет вновь стать человеком.

— Знаешь, может это прозвучит глупо, но с каждым днём мою душу всё сильнее грызёт осознание, что ты и есть Роксана. Очень уж вы похожи, — причитала подруга, не сводя глаз с памятника. Во мне всё замерло от волнения, и я уже собралась оправдываться, но Мария резко сменила тему. — Как думаешь, ей хорошо на небесах? Скучает ли она по своей жизни и нашим встречам?

Взволнованно сглотнув, я аккуратно коснулась плеча подруги.

— Думаю, что скучает. Очень, — голос мой в меру дрожал, преисполнившись сожалением. — Уверена, она была бы готова на всё, чтобы вновь хотя бы денёк побыть с тобой рядом, обнять и посплетничать.

Несколько секунд Мария куксила губы в попытке сдержаться, но в итоге чуткое женское сердце не выдержало и, разрыдавшись, подруга бросилась ко мне в объятия. Поддавшись гнетущей скорби, я крепко обняла девушку и тоже предалась всплеску горя. Так мы и сидели в обнимку, проливая горькие слёзы и причитая о потере. Все боли и печали, давно грызущие наши души, сегодня вырвались на свободу.