Онлайн книга «Редкостная Золушка»
|
А этот, с позволения сказать, бывший муж все еще орал мне в след, сменяя угрозы мольбами. Сука! Как же я тебя ненавижу! Уже шагнув на верхнюю ступеньку обернулась. Павел стоял на крыльце, заложив руки в карманы брюк и смотрел в сторону подземного перехода. Но не это меня сейчас больше всего беспокоило, а то, что Марков Иван Васильевич перестал орать как сивый мерин. Через минуту, он и вовсе, с трудом поднявшись, зашагал следом за Павлом. Сука! Теперь я даже не знаю, кого из них двоих я сильнее ненавижу! Че не так че ли? — Танюша, сделай, пожалуйста, крепкий кофе и отмени сегодняшние встречи. Что-то голова разболелась, — сказала я, пересекая приемную. Зашла в кабинет, но тут же вышла обратно. — Если мне перезвонит Павел, который журналист, с ним встречу переносить не надо. Сразу же переводи звонок на меня. Очень маловероятно, конечно, что Павел перезвонит. Да и если бы захотел, то набрал бы мой личный номер, который я по такой глупости ему и слила. — Хорошо, Надежда Сергеевна. С вами все в порядке? Мне кажется, вы немного побледнели. Ага, побледнеешь тут… — Все просто отлично, — ответила я и скрылась за дверью своего кабинета. Да, отличнее еще не было. Хотя нет, наверное тот вечер, когда я сидела на вокзале в зале ожидания, притягивая к груди сумку с документами и мелочью на проезд в один конец, стесняясь поднять взгляд, дабы не смущать окружающих людей своим фофином, вот тот вечер, наверное, мог бы составить конкуренцию. Думаю, именно с того момента во мне что-то перевернулось. И когда в последующем я стояла на новом этапе своего становления и развития, который требовал больших вложений, я всегда думала: "НиКуя, хуже уже все равно не будет!". А теперь, глядя в окно на стремящийся внизу поток машин, я боялась, что "хуже" совсем скоро может наступить. Я уже переросла то время, когда бы стеснялась синяка под глазом. Сейчас, упаси конечно Господи, я бы не пряталась, стараясь сделаться незаметной. Сейчас мне бы заплатили за такое сполна! Но чего я не могла допустить, так это клейма "Надьки" на себе. Да, судя по местным телешоу, образ побитой собаки хорошо подходит для минутной славы, тем более если играть на контрасте "ДО" и "ПОСЛЕ". Но это путь в никуда. Стать одной из тех о ком шепчутся на любой тусовке, передавая из уст в уста что-то типа: "А ты в курсе, что ее бывший избивал?", "Ага, а теперь то поднялась и ходит с высоко задранным носом", "Полюбас, насосала!". Я много раз была свидетелем таких разговоров в местном серпентарии (по другому элиту и не назовешь), и отлично знала, кто из этих сплетников прокладывал себе путь подсосом, а кто разбивался в лепешку, чтобы зацепиться за тот небольшой пласт, где обитают настоящие деньги. Но разве это важно? Нет! Всем подавай грязного белья на тарелочке с голубой каемочкой к утреннему кофе. Остальное уже дело времени и совести. Совесть… А есть ли она у него? У Павла? Я не надеюсь на то, что мой бывший будет почивать его историями про то, как я готовила, стирала, убирала. Нет, он будет рассказывать совершенно другие сказки. В этом я не сомневалась. А Павел… Есть ли хоть какая-то надежда, что у этого безэмоционального холодного камня имеется что-то человечное? Вряд ли… * * * — Ну дай хоть глоток сделать, мужик. Трубы горят! |