Книга Начинающий блоггер или месть бывшей жены, страница 15 – Роксэн Руж

Я никому ничего не должна! Мне не перед кем чувствовать себя виноватой!

Да, Мила, повторяй себе это почаще, авось и поверишь.

Мы сидели в машине Самородова. Играла фоновая музыка, пахло кожаным салоном и какой-то освежающей "вонючкой". Разговор наш не клеился, и в этом была моя вина.

Вот, опять… Ты не перед кем не виновата!

В общем, кроме непонятного блеяния я ничего из себя выдавить не смогла. Односложные угум, ыы. Разве что про отвратительные дороги смогла ниточку разговора протянуть. И то, благодаря недавнему общению с Зурбэном.

Эх, Зурбэн. Мой рыцарь в сияющем авто. Прости меня, дуру. Надеюсь, не свидимся больше. Стыдно очень.

И пока я предавалась мукам стыда, мы просачивались в нескончаемой пробке к месту вкушения яств. Это оказался ресторан с громким названием "Прогулка в облаках". Символично, учитывая его расположение на верхнем этаже высотки.

Панорамные окна, головокружительный вид. Вероятно, я не смогла скрыть свой восторг, так как Самородов отказался от випных мест и попросил подать блюда к столику у самого большого окна.

— Очень красиво, — я не могла оторваться от созерцания города. Внизу бурлила жизнь лилипутов. Со своими радостями, болями и проблемами.

Я вернулась с облаков на землю обетованную, повернулась к Самородову, внимательно меня изучавшему в этот момент.

— Я знаю зачем мы здесь, Александр Дмитриевич. И прежде, чем вы что-либо скажете, я хочу озвучить свое окончательное решение. Я увольняюсь. По собственному желанию.

Фух, сказала. Все, гора с плеч. Сейчас он встанет, поцокает языком, скажет что такие надежды на меня возлагал, а я…

— Мила эээ Константиновна, давайте покушаем. Дела подождут. Здесь подают отличную форель, — и пока я пыталась прийти в себя от Милы Константиновны, Самородов сделал заказ из нескольких блюд. Мои слова о разгрузочных днях и интервальном голодании не услышал даже официант. Или сделал вид.

Мысленно подбила все сегодняшние траты, выяснилось, что на форель то может и хватит. А вот все остальное точно мимо кассы.

Нам принесли блюда. Я в нерешительности застыла над тарелкой, надеясь, что слюна еще не потекла по брюлям, которые вчера ночью упорно качала.

— Кушайте, Мила Константиновна.

И такой прищур голубых глаз.

Так, стопэ, вот этого еще мне не хватало. Глаза как глаза, нос как нос, ну подбородок с ямочкой, дак таких вон, поди пол мира. Волосы соломенные, фигура, все при нем. А я вся при себе. И нечего тут слюни на форель плескать.

Приступила к еде. Интервальное голодание проиграло неравную схватку с тающей во рту рыбой.

Нам открыли бутылку белого вина. Отличное сочетание, и вот я уже поглощаю свой второй бокал.

Разговор как-то сам принял плавно текущий ритм. Как оказалось, у нас очень много общих тем. Мы вспомнили, как жили по соседству. Мои детские проказы.

И опять эти глаза. Нет, это определенно вино и головокружительная высота над уровнем моря.

— Помню, как замуж за меня собиралась, — улыбнулся мне Самородов.

— Может, так и следовало поступить, — не сразу поняла, что ляпнула это вслух. Неудобненько. Быстро повернула беседу в другое русло. — Про меня вы все знаете, теперь, для соблюдения баланса, расскажите про себя?

— Судя по тому, что ты ко мне до сих пор на вы, не знаю, могу ли душу чужому человеку раскрывать.