Книга Хоронитель, страница 98 – Роксэн Руж

Закрыла глаза, ощущая влагу на щеках. Но от пролитых слёз не становилось легче. Наоборот чувствовала, как внутри концентрируется злость, замещая собой другие чувства. Как внутри что-то надламывается. Как из меня уходит тепло и человечность. Зачем быть хорошей, если проще и правильней быть монстром...

Переступила черту за которой спасение близких перестало быть приоритетным. На Владамира я тоже больше не смотрела.

Не сдавайся — сказал он мне, тогда как сам же и сдался в первую очередь. Конечно, так проще, повис себе на своих цепях...

И пусть я была резка в движениях, и пусть ладони обожгло серебряными кандалами, а из рук Владамира так и вовсе вместе с путами отслоилась почерневшая кожа, но я должна была сделать это для него. Прощальный акт любви и милосердия, которые в этот момент я не ощущала...

Вообще ничего не ощущала...

Владамир мешком свалился на пол, но я не подхватила и не подошла к нему. Жизнь в нём ещё теплилась, однако время, уже шло на минуты.

Пусть так...

— Если представится возможность, бегите. Помоги им. Ты мне обязана. — Я не смотрела на своих родных. Не хотела, чтобы ненужные эмоции вернулись. Не собиралась умирать в угрызениях совести. Но Ариэль никогда бы не вызвала во мне таких эмоций, поэтому все эти слова были обращены ей. — Прощайте.

Не обращала внимания ни на приказы отца остаться, ни на вой матери, ни на молчаливое прощение сестры.

Прежде чем выйти из камеры схватила со столика с инструментами шприц с раствором очень напоминающим по цвету серебро. Приложила магнитный ключ к индикатору. А когда дверь начала задвигаться, забросила карту в камеру. Мне он не понадобится, а им ещё пригодится...

Нашла глазами ближайшую камеру, вмонтированную в стену около потолка.

— Ладно, я тут, как ты и хотел. Остальных можешь отпустить.

Игорь рассмеялся, и его смех переливами перескакивал из одного динамика в другой.

— Да, тыт тут. И неожиданный бонус в качестве оборота. Не терпится узнать какой именно геном сработал, чтобы развить в тебе такую способность.

— Ну, так иди и узнай. — сказала я, ухмыляясь.

— Я терпеливый, любимая. Могу и подождать.

— Тут попахивает не терпением, а страхом. Признайся, ты просто испугался.

По притихшему Игорю я поняла, что попала в точку. Уж он бы не упустил возможности самовосхвалиться ещё раз за чужой счёт.

— Ты же так хотел, чтобы я пришла. И что? Будем разговаривать через громкоговоритель? Игорь, хоть раз в жизни побудь мужиком! Сдержи хоть одно своё слово!

И если в динамик ударил звук разбирающегося стекла, то мне это было счастье. Да, такого рода эмоции я хотела ощущать. Не те, что остались позади...

— Ты, кажется, хотела, чтобы я отпустил твоих. Ну что же. Они свободны. Внимание, внимание, двери открываются.

И на самом деле услышала, как сработали индикаторы замков. Вот только не конкретно каких-то определённых камер, а всех...

Я не оглянулась, когда позади услышала голоса своих. И не только по той причине, что пыталась от них отгородиться эмоциональной блокировкой, а потому что впереди по-звериному крадучась из камеры вышли два молодых вампира...

В их глазах было полное безумие и восприятие мира лишь на голых инстинктах. Ничего больше, только лишь голод...

— Закройтесь в камере! — крикнула я, не оборачиваясь.