Книга Академия Эвейл. Мой шаг к мечте, страница 84 – Мария Устюженко

Познакомься мы с ним на балу, то я ни за что не оценила бы его раздражающее, но интригующее упрямство, очевидный ум и преданность делу, которым он занимался. Потому что тогда проявились бы самые неприятные качества — нелюдимость, холодность и острая ирония. Но сейчас я знала, что в нем также была доброта, сокрытая, как казалось самому Вейлру, так глубоко, что никто ее не замечает, но правда заключалась в том, что после одного-единственного пристального взгляда все становилось кристально ясно.

Он всегда вставал на защиту того, кто в ней нуждался. Даже при условии, что нужно будет наказать своего студента или защитить друга, который когда-то выбрал не его.

И при всем при этом я сомневалась в нем и ничего не могла поделать. Или все же я сомневалась не в нем, а в себе.

Зое вышла из ванной комнаты с блаженным выражением лица, выпуская вместе с собой запах роз и орхидеи. Я засмотрелась на ее раздельный пижамный костюм со штанами заманчивого красного цвета.

— В следующий раз дай адрес места, где продаётся такая прелесть, — с восхищением сказала я.

Подруга самодовольно усмехнулась, перекинула мокрые длинные волосы на одно плечо и поинтересовалась:

— Так что тебя мучает больше всего? — приподняла она бровь, а затем лукаво добавила. — Или все, куда проще и боевик отвратительно целуется?

— Не называй его так, — попросила я, ощутив, как от использованиямоего обращения к Вейлру внутри что-то скручивается. — И нормально он целуется!

— Ах, ну да, конечно, — нарочито понимающе закивала подруга, усаживаясь обратно в свое рабочее место.

От нескрываемого сарказма мне захотелось поморщиться. Я понимала, что Зое нарочно меня дразнила, чтобы выпутать правду, но в эту игру можно было играть вдвоем.

— А ты бы о чем жалела больше — о поцелуях с Реджинальдом или о побеге?

— Я бы не сбежала, — заявила она с налётом превосходства.

— Но факт поцелуя ты не отрицаешь.

Зое громко запыхтела и с огромным осуждением воззрилась на меня. Таким взглядом меня часто одаривала мать, поэтому я не дрогнула.

— Ты не говоришь о нем с тех пор, как состоялся тот злополучный обед. Знала бы, ни за что не села бы к ним за стол! Не делай вид, что тебе все равно — с тех пор ты даже не злишься, а ходишь, как фамильяр без привязки.

От каждого моего слова подруга становилось все более невозмутимой, но под конец не выдержала и поморщилась.

— Это ничего не значит…

Внезапно ее перебил настойчивый стук в дверь. Мы переглянулись.

— Ты кого-то ждёшь? — негромко удивилась я. — Судя по тому виду, в котором ты меня встретила — очень вряд ли.

— Какая ты догадливая!

Стук повторился, и он прозвучал решительнее. Затем послышался знакомый голос, вызвавший у меня мурашки.

— Мадемуазель Торез, я прошу прощения за столь ранний визит! Но мне срочно нужно знать, где сейчас Эстель!

Подруга многозначительно уставилась на меня и одними губами уточнила:

— Эстель?

Даже если бы я хотела, ответить все равно не смогла бы. Звук сердце перебивал мысли, от неожиданности в животе все перевернулось. На миг мне даже показалось, что у меня подскочила температура.

А голос Вейлра за дверью продолжал говорить не очень громко, но проникновенно. Настолько проникновенно, что мне чудилось, словно он уже переступил порог. Возможно, даже так и было, но я не могла найти в себе силы обернуться и проверить.