Книга Академия Эвейл. Мой шаг к мечте, страница 148 – Мария Устюженко

Благодаря моей протекции, они и остальные студенты второго курса, несмотря на позднее определение, смогли поступить туда, куда хотели. Месье Монтеро шел на такие уступки, понимая, что прежнее отношение к смешанным было в корне неверным, но мне оставалось убедить в этом еще и остальной магический мир. И последующие пару лет я посвятила себя написанию диссертации на эту тему и поиском доказательств, а затем и их практическим подкреплением. Не последнюю очередь в этом сыграла внезапно возникшая возле академии аномалия, но это была уже совсем другая история.

А после зимней сессии я все же начала преподавать лекции по искажениям, но они теперь были для меня отдушиной, где я могла отдохнуть, а не смыслом преподавания. Остальное свободное время я посвящала Вейлру и оставшимся ребятам. После зимних каникул определились уже и некоторые первокурсники, в числе которых была Аврора, которая удивила всех неожиданным романом с младшим преподавателем по зоологии. Также выяснилось, что Ален стал жертвой злой шутки и никогда не обладал вторым даром. Так вскоре все, наконец, встало на свои места.

Остальные студенты теперь вдохновлялись своими однокурсниками, а не завидовали и злились. А я продолжила проводить посиделки со студентами и даже получила молчаливое разрешение на эти мероприятия от ректора.

Позже Вейлр стал не только вести теоретический факультатив по дуэлям, но и практический. Он смог преодолеть свое непринятие к некогда любимой профессии, благодаря вновь расцветающей мамой и, если говорить без лишней скромности, благодаря мне. Сыграло еще то, что он, наконец, смог простить отца, а главное, себя за их сходство. Иногда ему все еще было тяжело, их отношения так и не наладились и вряд ли вообще когда-нибудь могли бы, но они хотя бы начали видеться раз в полгода, чтобы решать семейные дела.

За моей второй матерью ухаживала прорва мужчин, но пока она казалась счастливой и без них. Зато она все чаще проводила время в нашем поместье с моей мамой. Благодаря их дружбе, отец возобновил службу, которой не занимался последние лет пять и стал отправляться в командировки на сложные аномалии вместе с Тео, чему был несказанно рад. Тогда мама с удивлением поняла, что не всегда права в вопросах того, что касалось счастья других людей. И поразилась этому так сильно, что потом больше месяца остерегалась давать советы кому бы то ни было. Но потом к ней вернулась былая уверенность, которая воскресла благодаря восхищению и любовью ее студентов, и она стала прежней, но все же более мягкой в своих высказываниях. Ее мечта — быть признанной и нужной исполнилась, и я была искренне за нее рада.

Брат же так и не женился, но в последних письмах стал все чаще упоминать какую-то дерзкую и невыносимую девушку на работе. Сестринское сердце и опыт мне подсказывал, чем закончится эта неприязнь.

Зое и Реджинальд продолжают ругаться по сей день, но уже куда игривее. Почти сразу Реджинальд поселился в МонтКлер, чтобы у него было больше времени и возможности заниматься обольщением моей строптивой подруги. Это было не так-то просто, когда Зое вдобавок ко всему осознала, что она старше Реджинальда больше чем на десять лет. Пусть среди магов это особо ничего и не значило, Зое все равно едва ли не умоляла ректора «избавиться от этого сумасшедшего юнца». И если честно, я никогда не думала, что Реджинальд способен вызывать у меня такое восхищение и гордость, но он смог, потому что не сдался, а наоборот обрел какое-то фундаментальное спокойствие и продолжил осаду этой крепости. И, конечно, она в итоге пала, хотя чуть не свела с ума меня и Вейлра. И даже несмотря на то, что они находятся в официальных отношениях, Зое иногда любит повторять, что терпеть не может этого холеного аристократа, но ей уже давно никто не верит.