Книга Сияние вечного пламени, страница 171 – Пенн Коул

Я могла только молча на него таращиться. Вообще-то я чувствовала, что Лютер симпатизирует смертным, но… неужто наши цели совпадали по-настоящему?

— Я впрямь этого хочу, – наконец пролепетала я. – Я хочу этого больше всего на свете, только что я могу сделать? У меня едва получается день прожить и не убиться.

— Ты сильнее, чем сама думаешь. Ты самая смелая из моих знакомых, ты не сдаешься, даже когда терпишь поражение. Ты непоколебима в защите тех, кого любишь, и того, во что веришь.

— Эти качества не делают меня мудрой, Лютер. Они делают меня отчаянной.

— Они делают тебя королевой, которая нам нужна. Знаю, Потомков ты недолюбливаешь, но при этом судишь по поступкам, а не по происхождению. Я увидел это в твоем добром отношении к Перту, к моим родным… даже к Эмонну, Блаженный Клан! И я увидел это сегодня в милосердии, которое ты попросила меня проявить к Хранителям. Любой другой монарх-Потомок велел бы уничтожить их, а любой монарх-смертный позволил бы им уничтожить нас. Но ты… – Лютер посмотрел на меня, словно цветок, поднявший венчик навстречу живительному солнцу. – Ты выбрала трудный путь. Если мы хотим мира в королевстве, нам нужен именно такой лидер – лидер вроде тебя.

Я закрыла глаза, потрясенная значимостью слов Лютера и призыва, который он клал к моим ногам.

Во дворец я пришла с плохо продуманным планом уничтожить Потомков. Я по-прежнему считала, что их несправедливое правление нужно обратить в пепел, но здесь я встретила достойных людей, которых полюбила и хотела защитить. И я не понаслышке знала, что и повстанцы далеко не невинные.

Наверняка существовал вариант лучше, чем у Хранителей.

Близилась война. Противоборствующие стороны готовились. Но вдруг вместо того, чтобы присоединиться к армии… я могла командовать одной из них?

Вдруг я могла стать одной из них?

Лютер наклонил голову так, что его лоб оказался вровень с моим, и мы закрыли глаза, дыша воздухом, вокруг нас гудевшим от энергии.

— Ты моя королева, а я твой меч. Направь меня на своих врагов и смотри, как они падают замертво. Веди наше королевство, Дием, и я пойду за тобой, хоть на войну, хоть на смерть, хоть в ледяную пучину ада. – Лютер прижал мою ладонь к своему сердцу, чуть выше не покрытого шрамом участка кожи под камзолом. – Ты судьба, ради которой Блаженная Мать Люмнос сохранила мне жизнь. Пока бьется мое сердце, тебе не придется сражаться одной.

Мое собственное сердце чуть не выскочило из груди, натянув кожу, – такие сильные эмоции не подавить. Лютер наклонил голову ровно настолько, чтобы его нос задел мой, а его губы оказались до опасного близко. Моя рука скользнула вверх по его шее, запуталась в его волосах, а пальцы задрожали от напряжения: я отчаянно старалась не притянуть его ближе.

«Похоть. Физическая привлекательность. Ничего больше…»

— Что случится, если мы уступим… тому, что есть между нами? – чуть слышно спросила я.

— Не знаю, – грубовато ответил Лютер. – Но этот вопрос в каждой моей мысли.

Лютер чуть заметно поднял подборок. Он ждал меня. Позволял мне сделать выбор.

Я нервно сглотнула:

— За ужином ты сказал, что твои интересы заключаются в службе мне, а не в браке со мной. Ты это?.. Ты, правда?..

Невысказанные вопросы повисли в воздухе, каждую секунду переполняло предвкушение. Казалось, мое будущее затаило дыхание и ждет ответа с таким же нетерпением, как мое сердце.