Книга Время Зари, страница 45 – Наталья Нежданова

— Но ты же сам видел, что я там ничего не разрушила! — улыбаюсь я. — Я всего лишь управляла флаером!

— Как слаженно вы действовали в паре с этим Мэйном! — восхищается тен Заро.

— Мы много тренировались!

Заглянув в сознание бывшего врага, я не могу отделаться от ощущения потрясающего сродства между нами:

— Знаешь, Дейн, у меня такое чувство, как будто ты мой брат!

— Мне тоже кажется, будто ты моя сестра! — отвечает тен Заро.

А потом нам в голову приходит совершенно безумная идея. Мы вспоминаем легенду, как два великих героя ещё из той древней ведической эпохи, о которых все читали в детстве, захотели стать братьями, и делаем то же, что и они.

Я достаю острый нож, мы надрезаем себе руки и соединяем их. Наша кровь смешивается и капает на землю.

— Теперь нам осталось вместе пройти через какую-нибудь дверь! — напоминает Дейн.

Мы так и делаем, и я говорю:

— Ты мой брат!

— Ты моя сестра! — отзывается Дейн.

Он уходит, а я недоумеваю, что за наваждение это было. Я — христианка, в конце концов!

Когда мы опять встречаемся, Дейн говорит:

— Представляешь, а это действительно всё изменило! Ты больше не снишься мне. Знаешь, у мужчин бывают такие сны…

В общем, не понимаю я ничего в этой жизни. Знаю только одно — мир устроен гораздо сложнее, чем мы обычно думаем. Когда возвращается Кейн, я сразу же рассказываю ему о происшедшем:

— Мы дураки, да? Устроили древний языческий обряд.

— Почему? Да и языческого я тут ничего не вижу. Это всего лишь наша телесность. Она требует материального воплощения. Ведь даже в христианстве таинства имеют материальное выражение.

Больше всего на свете я рада, что в ближайшие пару месяцев мы с Кейном всё время будем вместе. А уж как Мира этому радуется!

У нас принято, что детьми занимаются и мать, и отец. И это очень здорово. На Старом Айрине такое — скорее редкость. Там вообще стараются поскорее сбагрить ребёнка гаджетам или школе.

Марк тен Норн привёз с собой кристаллы памяти, которые записали родители Айли и Неи. Разобщённость с родными — это, пожалуй, единственная тягота, от которой реально страдают девочки. И это никак не изменить.

Я опять вспоминаю о планах по созданию сверхдальней связи. Попытки передавать информацию из одной звёздной системы в другую продолжаются уже несколько десятилетий, но пока безуспешны.

Нея просто сияет от радости, когда узнаёт, что её родители стали христианами. Мне даже кажется, что снедающая её в последнее время тревога куда-то улетучивается.

Айли же удаётся навестить нас и повидать Марка тен Норн лишь через три недели после того, как я отправляю ей сообщение о нём. Она даже получает его не сразу.

Потому что участвует в испытаниях флаера, способного совершать межзвёздные прыжки, и постоянно перемещается по ближайшим звёздным системам. Эх, как же нам не хватает сверхдальней связи.

И прилетает она к нам не одна. Судя по тому, как она общается со своим спутником, дело явно движется к помолвке.

Мы сидим в беседке нашего сада, и смотрели объёмное видео с родителями Айли — Рэном и Диной тен Норн.

— Мама так изменилась! — восклицает Айли. — Её не узнать просто! Вот бы с ней поговорить сейчас. Наверное, всё было бы по-другому…

Где-то в глубине моей души отзывается что-то, словно натянутая струна. Я придвигаюсь к Айли и обнимаю её. Она нащупывает мою руку и тихонько пожимает.