Книга Солнце на красном, страница 102 – Наталья Нежданова

Ты идешь туда не для того, чтобы тобой любовались! — говорю я себе. — Да, но уже давно один из великих сказал, что в человеке должно быть прекрасно всё! Я Представляющая, в конце концов! По мне будут судить о всех арья!

Перед самым входом в зал Совета я ощущаю вдруг, как будто на меня накатывает какая-то тёплая и добрая волна, лаская мою душу и унося с собой все тревоги. Я мысленно произношу:

— Господи, благослови!

Мы с Райном всё-таки справляемся. Рассказываем, зачем сюда прилетели. Потом отвечаем на множество вопросов, пока, наконец, не объявляют обеденный перерыв.

Тео перехватывает меня по пути в столовую.

— А вы произвели впечатление!

— Какое? — спрашиваю я.

— Увидишь! — загадочно отвечает он.

Мы берём обед и присаживаемся за свободный столик. Я съедаю всё до крошки, не сильно вникая во вкус.

Тео уносит грязную посуду и приносит чашки с распространённым тут горячим напитком. Довольно вкусным, но абсолютно ненатуральным. Изначально он делался из плодов произрастающего на Одане растения, здесь же полуфабрикат для него синтезируют искусственным путём.

— Вот бы тебе попробовать то, что пьют у нас на Островах! — замечает тану.

— Кто знает, может, когда-нибудь и получится, — отвечаю я. — Я бы очень хотела побывать на вашей планете!

Наткнувшись на ошарашенный взгляд Тео, я тут же уточняю:

— Не пойми превратно, исключительно с миром! Например, для переговоров с Теми, Которые Велят!

Тео отхлёбывает из своей чашки и ставит её на стол.

— Кстати, деморфы опять объявились, — произносит он. — Им нравится, когда убивают!

Я опускаю взгляд. Какое-то время мы просто молчим. Потом я собираюсь с силами и спрашиваю:

— Скажи, моя энергетика как-то изменилась? Деморфов… больше не стесняет моё присутствие?

Тео молча берёт мою руку. Я ощущаю, как бешено колотится сердце.

— Нет, все осталось по-прежнему. Почти. Только ты как будто стала слабее. Но я всё равно не вижу в тебе никакой тьмы!

Мы опять молчим, потом тану произносит:

— Это как проклятие… Даже если мы не хотим зла, всё равно обречены его творить. Еще в начале времён всё мироздание постигла страшная катастрофа. Мы утратили знание об этом, и не можем сейчас объяснить, что тогда произошло. Но в результате мир как бы деформировался, исказился, упал на более примитивный уровень бытия.

Мы лишились множества способностей и возможностей, отдалились друг от друга. Стали пленниками животной физиологии, что в определённой степени ограничило нашу свободу воли. Мы словно опутались цепями причинности, предопределённости, разорвать которые очень трудно, это требует страшнейшего напряжения всех душевных и телесных сил. Вместе с нами и всё сущее облеклось в одежду из грубой и низменной материи.

Многие стремятся к высокому и светлому, но затопившая мир пучина зла, страдания и смерти не даёт им туда подняться. Правда, древние верили в некое Зерно, что когда-то упадёт с неба на землю и произрастит Хлеб Жизни, который даст людям силы побеждать зло.

Странно, это так перекликается с историей о грехопадении и пришествии Спасителя, — размышляю я. — Впрочем, чему тут удивляться? Мы все — потомки Первосозданных, и расселились по Вселенной с одной планеты.

— Как интересно ты думаешь! — говорит вдруг Тео.

— Ты читаешь мои мысли? — вскидываюсь я.