Книга Сладкая девочка из Королевства Эл, страница 87 – Анна Чернышева

А учитывая, что я промёрзла, да ещё и вместе с Лили, то мне в голову пришла только одна мысль — купальня! Хочу в тёплую воду, погреться и пропариться как следует. Только вот звать девчонку негоже — Сибилла возмутится, да и Бри скорчит козью морду. Пойду одна — очень хочется побыть в тишине и продумать дальнейшую стратегию.

Я быстро прошмыгнула в мыльню и заперла дверь изнутри, помня о предыдущей встрече с хозяином замка. Скинула одежду и с наслаждением погрузилась в тёплую воду, прикрыв глаза. Мысли вяло потекли вперёд.

Во-первых, очевидно, что рассчитывать здесь придётся только на себя. Это в своём мире я могла позволить себе быть девочкой-одуванчиком, которая пялилась на незнакомцев и забивала на работу. Тут, чтобы выжить, мне понадобятся деньги. Сегодня я леди Джейн, а завтра Робу стукнет меня выдать замуж, и что тогда? Если сбегать от жениха, то надо будет на что-то жить.

Во-вторых, Роб, занимаясь контрабандой, сильно рискует. Его не сегодня-завтра схватят, посадят в тюрьму и что тогда? Бри уедет в столицу (туда ей и дорога), Сэм с Патриком будут в тюрьме с Робом, Сибилла уйдёт к брату в деревню и останусь я одна в замке, населённом призраками. Лили первая же меня и бросит!

В-третьих, нужно срочно придумать, кому продавать сладости. Если у местных и есть деньги, то позволить себе покупать сладости они могут только по праздникам. А это продукт с истекающим сроком годности, поэтому их нужно сбывать сразу же после изготовления.

Ну, и опять же — что я могу продавать простым людям? Леденцы из кленового сиропа? Ириски? Зефир? Маршмэллоу?

Это да, но сердце-то просит высокого искусства — муссовые пирожные или, на худой конец, чизкейки, торты, украшенные фигурками из шоколада, марципан, молекулярные десерты. В общем, всё то волшебство, которое я научилась делать дома, но применить свои знания не могла. Хотелось ныть и сетовать на судьбу, но что это изменит?

Богатые люди в Эле, наверное, есть. И у них либо работают свои кухарки (но не думаю, что кондитерское искусство достигло тут больших высот), либо они очень далеко. И вот как быть?

Я вздохнула и окунулась с головой в бассейн, задержав дыхание. Мысленно считала до тридцати — я в детстве тренировала слабые лёгкие и обнаружила, что задержка дыхания круто очищает голову от ненужных мыслей. Практически погрузившись в медитативное состояние, я внезапно охнула от боли и глотнула полный рот воды. Чья-то безжалостная рука тащила меня за волосы вверх, и я вынырнула из воды, чувствуя себя пойманной рыбой.

— Роб, она жива! Роб, я её спас! — оглушительно орал чей-то голос.

От злости я со всей силы саданула кулаком по довольной морде Сэма, прямо в одежде прыгнувшего в бассейн, и закашлялась, молясь, чтобы хватило сил сделать глоток воздуха.

— Придурок! Идиот! Какого хрена! — орала я, молотя руками по груди Сэма. И не сразу сообразила, что он застыл как истукан и пялится на мою голую грудь.

— А ну отвернись! И ты тоже! Какого чёрта вы вообще вломились в закрытую купальню?! У вас тут что, никто не слышал о личном пространстве?

Я истерила, потому что не знала, что делать дальше. Я — абсолютно голая, прикрыться нечем, а эти два придурка застыли и пялятся на меня.

— Вон отсюда пошли! — орала я, откашливаясь.

Первым отмер Роб и закричал на Сэма: