Книга Песнь сердца и пепла, страница 78 – Анастасия Левальд

На дорогах зажигали факелы. Стражники патрулировали улицы, и Авила поняла, что ей пора возвращаться. Она попыталась вновь зажечь в руке огонь. У нее получилось, однако пламя проходило сквозь газету, не причиняя ей никакого вреда. Это лишь копия – осенило ее. Копия магии огня, но не настоящее пламя. Принцесса тяжело вздохнула, сложила газету по сгибам и спрятала под платьем, привязав ее к ноге ленточкой, которую сняла с пояса. Пора идти домой.

Скользнув между деревьями, Авила вышла на тропинку, которая в обход центральной улицы вела к ее древу. Людей стало гораздо меньше. Патрульные разогнали всех по домам, объявив комендантский час. Написанное в газете сейчас Авила видела своими глазами – ее отец ограничивает свободу этих людей. Сейчас народ начинает жить так, как она жила все эти годы в клетке дворца. Ей стало их невероятно жаль. От гнева она тяжело дышала и ощущала, как жар ярости горит на ее щеках. Ее словно погрузили в кипящий котел и не давали возможности освободиться. Только земли, куда не ступала нога Властителя, которые находились далеко, могли жить счастливо. И это было отвратительно.

— Ваше высочество.

Авила подняла голову и увидела Атрея. Он ждал возле ее древа и, судя по серьезному виду, хотел поговорить. Она про себя усмехнулась – он-то точно в курсе всего, что происходит. Знает, что на самом деле происходит в мире. Авиле было противно с ним говорить – он без раздумий выполнял любой приказ. Убить ребенка – да. Сжечь народ – да. У него будто не было своего мнения, лишь служба, лишь присяга, лишь желания своего господина.

— Да, Атрей, – кивнула Авила.

Она сжала кулаки, стараясь потушить в себе ярость, но получалось плохо.

— Я настоятельно рекомендую вам не отходить далеко от своего дома и не контактировать с селянами.

— Почему? – возмутилась она.

Неужели свобода закончилась? Все стремительно возвращается на круги своя, где она – лишь пленница обстоятельств, насильно скованная судьбой и волей отца.

— Вы же понимаете, что народ увяз в гражданской войне. Мы не можем доверять этим людям. Вам может угрожать опасность. Соблюдайте правила и предписания.

— Не доверять этим людям? Они народ Аксохола! – Авила стиснула зубы. – Атрей, что происходит? Почему отец не помогает этим людям, а уничтожает? Что за гнет? Почему лагерь подвластных еще существует? Надо же что-то с этим делать!

— Принцесса, вы еще слишком молоды и ничего не понимаете в этих вопросах. Лагерь подвластных – ценный орган, который воспитывает верных государству солдат. Я один из них, и это колоссальная помощь Властителю. Гнет – мера, позволяющая сохранить государственный строй от внешней угрозы. Только благодаря этому Дальний мир существует и не позволяет пришедшим через порталы ближнецам наводить свои порядки.

— Но при этом наших людей за любое непослушание отправляют туда – в Ближний мир, где без магии они умирают?

— Это ограждает многих от совершения преступлений. Эта мера – залог процветания Аксохола, его могущества и роста. Важно поддерживать целостность народа с сильным, всеми уважаемым лидером. Если народ будет говорить и делать что вздумается, при этом не уважая властителя, – это приведет к хаосу.

Атрей себе не изменяет. Авила тяжело вздохнула и, обойдя его, направилась к себе. Ярость пылала в сердце, но сейчас она поняла: написанное в газете – правда, а Атрей поддерживает этот режим. Ей не хотелось ничего отвечать советнику. Он вечно ее поучал, следил за ней и сразу доносил Властителю, выполнял любой его приказ. Неужели ему самому не противно?