Книга Песнь сердца и пепла, страница 70 – Анастасия Левальд

Злость переполняла Авилу. Злость и отрицание – она знала и даже была уверена, что ее отец непричастен к уничтожению фойтийцев. Она все еще стояла на балконе своего дома, когда раздался громкий и требовательный стук. Она неожиданно поняла: крик на Тайро, когда она услышала обвинения своего отца в уничтожении целого народа, стал необдуманной ошибкой. Ее услышали. Пройдя к выходу и дрожащими руками отворив замок, Авила открыла дверь. Она боялась увидеть там отца или Атрея, но там стояла Тали с сонными перепуганными глазами.

— Принцесса, почему вы плачете? Что случилось? Я слышала ваш крик.

Легко притронувшись к своей щеке, Авила почувствовала влагу. Слезы скатились к губам, соленый привкус заставил ее чуть сжать их.

— Ничего. – Она повернулась спиной к гостье и пыталась успокоиться. Ей не нравилось плакать при ком-то, не нравилось, когда ее видели подавленной и морально слабой. – Скажи, Тали, из-за чего погибли фойтийцы?

— Из-за бури, насланной богами пятнадцать лет назад.

Тали замолчала, и Авила повернулась к ней.

— Тогда почему этой бури никто не заметил?

— Ну, – немного замялась Тали, – там же писали, что бог Хаоса решил уничтожить только их, и поэтому…

Авила дальше не слушала. Она усмехнулась. Только сейчас ей подумалось, насколько эта версия сомнительна – великий бог Хаоса разве стал бы уничтожать малочисленный народ где-то на отшибе мира где-то на самой высшей точке гор Летнего континента. Зачем это делал бы бог Хаоса? А вот отец мог. Это вполне в его стиле, да и причины у него были.

Догадки приходили медленно, будто пробивали темный прочный занавес сформированного мнения о Властителе. Авила вышла на балкон, махнув рукой Тали, чтобы та уходила. Ей больше не хотелось говорить. Она вспомнила, как ее отец без раздумий казнил ее единственного друга во дворце, потому что тот пробрался во внутренние дворы, чтобы передать ей подарок на день рождения. Возможно, отцу чем-то не угодили фойтийцы и он посчитал своим долгом уничтожить их.

— Я узнаю, в чем дело, – решительно проговорила Авила.

Она утерла слезы, глубоко вдохнула и вышла из дома, намереваясь найти доказательства словам Тайро.

Тали ушла, и хорошо. Авила кралась в темноте прямо до древа волшебника, который должен был ответить на ее вопросы, она надеялась на это. Он был единственным человеком, который мог прояснить происходящее в этом мире и открыть наконец правду уничтожения фойтийцев. На небольшом лугу возле его дома она заметила вспышки фиолетовых огней – это учитель, его магию она не спутает ни с чьей.

— Юфеймиос, – позвала она, потеряв его из виду в темноте. Магия, освещающая пространство вокруг, исчезла, что усложнило поиск высокого седого волшебника.

— Авила, ты чего не спишь? – Голос послышался прямо за ее спиной, чем испугал ее.

— Учитель, – выдохнула она, – у меня вопрос.

— Что за срочность? – расплылся он в широкой улыбке. – Старый маг всегда спешит, ведь у него на часах всегда на минуту вперед, а это значит, что я еще слишком молод! – Волшебник хрипло рассмеялся.

В его ладони появилась сфера, светящаяся ярко-оранжевым, что позволяло им видеть друг друга. Он махнул свободной рукой, показывая, чтобы она следовала за ним в дом.

— Скажите, как исчезли фойтийцы? Скажите правду! – на одном дыхании вымолвила она.