Книга Песнь сердца и пепла, страница 47 – Анастасия Левальд

— Эй! – Знакомый голос окликнул Тайро, и он развернулся. – Где ты был?

Через открытую дверь дома он заметил силуэт брата – исхудавшее тело с некогда могучими мышцами, растрепанные алые волосы и измученный вид говорили о том, что время, может, и помогло затянуться ранам, но до сих пор не исцелило его душу.

— Лучше скажи, где был ты. Ты же знаешь, что утопить это горе не получится. Не пора ли взять себя в руки?

Тайро поднялся и подошел к брату. Каждый раз ему было сложно представить, что когда-то он еле тащил Райко на себе. Сейчас он напоминал не первого сына вождя Аргоса, наследника Фойтии, а малолетнего подростка, не способного поднять даже ящик. Брату было всего двадцать, когда дом разорили, но отчего-то Райко считал, что должен был вытянуть то сражение – нет, ту бойню – на себе. Он чудом остался жив.

— Я не обязан перед тобой отчитываться. – Райко направился к бочке с водой. Ноги еле держали, тело шаталось, руки искали опору, но он шел.

Однако бочка оказалась пуста.

— Свиные кишки! – выругался Райко и скинул бочку с помоста на землю. Потеряв равновесие, он свалился рядом, схватился за голову и что-то промычал себе под нос – то ли ругался, то ли болезненно шипел, проклиная человеческое тело.

— Я налью тебе воды, – с тяжелым вздохом проговорил Тайро, поднял бочку с земли и прошел к колодцу, который скрывался за деревом.

Райко так и остался лежать, не поднимая головы. Казалось, он мучился от болезни, но Тайро понимал, что вся проблема его старшего брата в памяти. За пятнадцать лет он так и не отпустил прошлое. Ему часто снились кошмары, и Райко нашел свое лекарство – каменный бальзам – пойло, дарующее легкость и беспамятство, приготовленное гномами в кабаке Лесничего пункта, ближайшего поселения к Темному лесу. Тайро скинул ведро в колодец и, когда убедился, что оно заполнилось водой, потянул за массивный канат, вылил прохладную воду в бочку и, подняв ее, понес к брату.

— Ты меня раздражаешь своим спокойствием, – протянул Райко.

— Умойся и иди спать, я не намерен выяснять с тобой отношения. – Тайро поставил возле него бочку и отошел. Взгляд устремился на гору. Тайро пытался рассмотреть дома, но, как и ожидалось, ничего не увидел. Глупо было полагать, что отсюда он увидит Дворец Света, в котором вырос, однако, несмотря ни на что, он не переставал верить в чудо. Он все никак не мог отделаться от чувства чего-то знакомого и теплого, чего-то, что звало его подняться в горы, хотя бы на секунду ступить на порог родного дома.

Райко ничего не ответил. Тайро слышал шум воды и резкие движения брата – он задевал все на своем пути, а потом ушел. Только тогда Тайро развернулся, желая убедиться в своих догадках. Все верно – завернул к себе. Сейчас выпьет настойку и ляжет спать. Как обычно.

— Ладно, – решился Тайро и взлетел.

Его тянуло в гору все сильнее, и он, преодолевая порывы ночного ветра и морозного воздуха, старался не потерять этот зов, старался следовать ему. Узнать, что породило теплоту в душе.

Тайро остановился на первом уровне Вершин Алоса – там, где находились врата, открывающие длинную и тернистую дорогу в Фойтию, по которой некогда пришла армия для уничтожения его народа. Тот, кто его зовет, должен быть где-то рядом. Тайро прошел к обрыву. Во тьме ночи он увидел силуэт, но не поверил, что это правда он – дракон. Тайро замер от волнения. Он думал, что драконы пали тогда же, когда и фойтийцы. Тайро подошел ближе. Большой, величественный дракон, лежащий на утесе, повернулся к последнему своему потомку и наклонился, положив огромную голову на землю.