Книга Песнь сердца и пепла, страница 31 – Анастасия Левальд

— Зажги, пожалуйста, огонь, – попросила она Тайро, пытаясь рассмотреть его в темноте, но у нее не получалось. Тревога возрастала, и она решила подойти к нему ближе. Под ногами что-то мешало, по оголенным лодыжкам пробежались мурашки, и тут Авила поняла, что это не мурашки, а кто-то мягкий, будто из шерсти, трогает ее ноги. – Тайро! – крикнула она и попыталась ухватиться за его руку, но он увернулся.

Тайро кинул небольшой огненный шар в самый темный угол ущелья. Огонь осветил землю, и Авила увидела, что все это время стояла среди пауков размером с кулак. От света они зашипели, от чего у Авилы перехватило дыхание. Ущелье оказалось логовом тарантулов. Их кровавые глаза источали злобу, острые клыки не внушали надежду на безопасность, а количество – на возможность спастись. Огонь распространялся по полу, но самих пауков не трогал, словно боясь их, обтекал стороной.

— Что… – Авила не смогла продолжить, ее сковало странное чувство, которое она ранее никогда не испытывала, похожее на страх, почти граничащий с безумием.

Пауки не двигались, лишь следили за ее действиями. Чуть погодя она заметила, как из середины, из самой массы тарантулов, заполонивших тупик пещеры, показывается рука – старая, с морщинистой, местами облезшей кожей, и просвечивает скелет чуть зеленоватого оттенка. Рука тряслась и тянулась к Авиле, пытаясь за что-то ухватиться.

— Пора загадывать желание? – из последней надежды на доброжелательность существ спросила Авила, высматривая в темноте среди паучьих тел человека – хозяина руки, тянущейся к ней. – Я Авила, а вы кто?

— Жить надоело? – вскричал Тайро, явно недовольный ее реакцией.

— Убить! – донесся хриплый, грубый голос из образовавшейся дыры в телах пауков. Оттуда показалось тело человека в черных, почти сливающихся с шерстью тарантулов одеяниях.

Рука сжалась в кулак, а потом резким движением выставила указательный палец. Указывал он на Авилу. Пауки зашипели, из маленьких пастей полилась фиолетово-пурпурная жидкость, она забрызгала стены и пол. Резкими движениями тарантулы бросились к ней, явно намереваясь привести приказ в исполнение.

Авила резко развернулась, в надежде увидеть там Тайро, но ошиблась. Огонь полыхал за спиной, а впереди – лишь тьма и непроглядная пустота. Тарантулы на мгновение замерли, а после начали собираться в одну кучу. Они сращивались в одного огромного паука, превышающего ее рост. Когда восемь кровавых глаз распахнулись, Авилу передернуло от ужаса. Страх за свою жизнь возрастал и нашел выход в крике, отдающемся эхом в узком ущелье. Чем дальше Авила отдалялась от огня, тем меньше она видела дорогу перед собой. Она споткнулась и упала, рефлекторно перевернувшись на спину. Тарантул стремительно догнал ее, из его пасти стекала жгучая слизкая жидкость, покрывающая ее тело. Как бы она ни пыталась отползти, у нее ничего не получалось. Тайро ее бросил.

Вспышка огня обдала жаром, отбросив от Авилы тарантула, и практически сразу потухла. Она не сразу поняла, что произошло, но быстро встала на ноги и побежала к выходу. Не видя ничего перед собой, она бежала, пока не столкнулась с чем-то твердым, но теплым. Выставив перед собой руки, она нащупала мускулистое плечо и, подняв голову, наткнулась на взгляд Тайро.

Он обхватил Авилу за талию, расправил крылья и взлетел. Огонь покрыл его спину и перья, превращаясь в щит. Запах сожженных тел, возможно, даже меха, заполнял все ущелье, сопровождаясь обилием дыма. Ненадолго Тайро остановился и уперся рукой в стену. В стене появилась щель, которая расширялась, открывая проход в освещенный факелами коридор, с высокими, уходящими ввысь стенами. Они скользнули туда.