Книга Песнь сердца и пепла, страница 224 – Анастасия Левальд

Он закрыл за собой дверь и прошел в глубь комнаты. Авила решительностью напоминала ему молодого Флавия, но была в ней и доброта, явно передавшаяся от матери.

— Я хорошо помню день, когда мы бежали на Летний континент. – Авила прошла к рабочему столу и положила руку возле небольшого коричневого свитка, обтянутого тугим жгутом. – Я подслушала ваш разговор с отцом. Тогда я не понимала, что речь шла о Тайро.

— Я подозревал, – усмехнулся Атрей. Да, он помнил, как вышел из кабинета и прошел мимо штор, из-под которых выглядывала пара туфель. Тогда он решил не обращать на это внимания из-за более важных проблем Аксохола.

— Тайро помирился с сестрой? Последние дни у них напряженные отношения.

Авила подняла на Атрея взгляд. Предчувствие говорило, что она и сама прекрасно знала ответ, но отчего-то все равно задала его. Может, она просто не решается сказать то, из-за чего позвала его на самом деле?

— Да, они все уладили. Зара поняла и простила Тайро. – Атрей остановился, глянул на улицу через распахнутые балконные двери. – Народ ликует.

— Им нравится в столице, как думаешь? – Авила прищурилась. Он прекрасно знал, кого Авила имела в виду. Зара, Дарион и сам Тайро никогда не бывали за пределами Летнего континента, да и за пределами Темного леса отчасти тоже.

— Да, они рады. Дарион себе приметил одну из служанок. – Атрей усмехнулся и скрестил руки на груди. – Зара хочет научиться фехтованию, и я согласился дать ей пару уроков.

— Ты? – Авила приятно удивилась. – Это здорово!

— А насчет Тайро, – советник сделал паузу, чем тут же стер улыбку с лица Авилы. – Мне кажется его что-то гнетет.

— Значит, не только мне это показалось. – Авила снова глянула на свиток и тут же взяла его в руки. – Я позвала тебя из-за другого. Подойди.

Атрей тут же ступил ближе к Авиле, остановившись всего в нескольких шагах от нее и рабочего стола с прочими бумагами.

— Это тебе. – Авила протянул ему свиток и ждала, когда он прочитает.

— Это… – Атрей медленно снял жгут и развернул бумагу. Он уже видел такие свитки и догадывался о его содержании, он мечтал о таком все свое детство и молодость, пока решил, что этого мгновения не настанет уже никогда. Держа сейчас заветный свиток в своих руках, Атрей все равно не мог поверить, что действительно получил ее. Вольная грамота. Он замолк, стоило ему взглянуть на текст. Атрей поднял взгляд. Авила улыбалась. Казалось, она видела в его глазах растерянность, смешанную со счастьем.

— Это вольная, – широко улыбаясь, проговорила Авила. Атрей это прочел, но Авила будто почувствовала необходимость это озвучить. Еще раз подтвердить, что советнику не кажется. – Ты больше не подвластный. А это, – она тут же взяла со стола другой свиток, больше, с широкой красной лентой, – бумаги на поместье. Моя благодарность тебе за долгие годы верной службы моему отцу. Это должен был сделать он, ты заслужил. – Она протянула свиток.

Атрей не решался брать. Мог ли он? Имел ли он право принять этот подарок? В лагере перевоспитания его хорошо учили и внушили, что ни он сам, ни кто-либо из подобных ему не заслуживают таких подарков. Он подвластный, лишь вещь, которая не может иметь ничего своего. Мельком глянув на вольную грамоту в руке, которую он сжимал настолько сильно, что она немного помялась, Атрей вздохнул.