Книга Песнь сердца и пепла, страница 216 – Анастасия Левальд

Авила сжала рукоять меча, который так и не могла поднять. Зен молчал и, казалось, так и не собирался отвечать. Он прокашлялся кровью и поднял взгляд. Улыбка тронула его губы. Причину радости Авила не понимала.

— Кровь твоей матери на моих руках, – вдруг хрипло заговорил Зен. – Она узнала, что я собирался сделать, и хотела предупредить Флавия о перевороте. – Он ненадолго останавливался, чтобы проглотить кровь, но продолжал говорить: – Пока она собирала доказательства, я внушил… – Он густо откашлялся кровью и поднял почти безразличный взгляд. Авиле лишь на мгновение показалось, что увидела там сожаление. – Я опередил ее, внушив Флавию ее предательство.

— Ты…

Руки задрожали. Нет, она больше не проронит слезы. Она чувствовала, что за смертью матери крылось нечто большее. После минутной слабости, подкосившей ноги, вспыхнула злость, которая заставила ее выпрямиться. Сила бурной рекой разливалась в ней. Она чуть зажмурилась, пытаясь хоть немного совладать с яростью, захлестнувшей ее с головой. То ли ярость, то ли обида на отца заставила ее поднять меч. Тяжесть клинка, секунду назад казавшегося легким, вернулась моментально, и ее потянуло вниз. Тайро подхватил меч, принимая его в свои руки.

Авила открыла глаза. На полу лежало мертвое тело Зена. Она не отрубила ему голову, но глубокий порез на шее оборвал его жизнь моментально. Кровь хлестала в разные стороны, оставляя яркие пятна на свадебном платье.

— Сейчас не время, – тихо, почти на самое ухо проговорил Тайро, будто, находясь за ее спиной, все же увидел тянущиеся губы вниз от боли и скорби.

Дверь с грохотом распахнулась, и в тронный зал ворвались солдаты армии Зена. Вбежав, они опешили, стоило им увидеть труп их генерала.

— Авила, – вновь послышался голос Тайро, а она по-прежнему не реагировала ни на что. Она смотрела в лицо, исказившееся смертью. Зен улыбался. Перед смертью он улыбнулся. Она не понимала – отчего.

— Ваша светлость.

По коже пробежали мурашки. Обычно, когда она слышала это обращение, появлялся отец, и она больше не могла свободно дышать. Подняв голову, Авила заметила, как Тайро встал неподалеку от ступенейй, все еще держа окровавленный меч Зена, молча кивнул на трон и улыбнулся.

Она гордилась собой, потому что отомстила за мать, но почему-то зародилось чувство, будто Зен хотел пасть от ее руки. Признался, чтобы разозлить.

Авила перешагнула через Зена и ступила к трону. Руки дрожали, мысли путались, перед глазами стояла мама, и казалось, что пора повернуть назад, что она не готова к правлению. Она знала: армия позади ей не рада. Они подчинялись другому. Теперь же вынуждены смириться. Впрочем, вовсе не факт, что они смирятся.

Она остановилась у первой ступеньки и подняла взгляд на Тайро. Он был спокоен, будто ничего не произошло и все так, как и планировалось.

— Пойдешь со мной? – тихо спросила она.

Тайро только кивнул и чуть улыбнулся. На душе стало теплее, радостнее. Казалось, что теперь точно все закончилось.

Авила вздохнула и босиком взошла по холодным ступеням. Она удивилась. Совсем недавно по этому залу плясал огонь. Откуда холод? Авила сочла, что ей уже кажется из-за волнения. Она никогда не думала о восхождении на престол, но это свершилось. Дойдя до трона, она резко развернулась и подняла подбородок. Солдаты замерли. Они не знали, что им делать, и Авила в какой-то мере даже понимала их. Как только она села на трон, сердце затрепетало сильнее. Они либо склонятся, либо поднимут восстание, и Авила станет единственной, кто занимал трон меньше минуты.