Книга Песнь сердца и пепла, страница 159 – Анастасия Левальд

— Держи при себе и не потеряй, – твердо произнес он.

— Хорошо, – пока не понимая Тайро, согласилась Авила и аккуратно приняла в руки перо. Она еще долго смотрела на него. Оно блестело и переливалось, казалось чем-то знакомым и родным.

* * *

Данное обещание эхом отдавалось в сознании Тайро. Он переживал, что взял на себя ответственность сохранить себе жизнь во что бы это ни встало, но и обрекать Авилу на волнение и переживания не мог. Сейчас они лежали вместе в обнимку, Авила рассказывала ему о веселых днях ее жизни во дворце, когда мама была еще жива. Она смеялась и по-настоящему чувствовала себя счастливой, Тайро видел это по блеску в глазах. Ему не хотелось огорчать ее. Он верил, что она сможет его простить. Вдруг улыбка исчезла с ее лица. Авила о чем-то задумалась, медленно приподнялась, закрывая одеялом обнаженное тело, и уставилась на комод, стоящий неподалеку от двери.

— В чем дело? – спросил Тайро и коснулся ее плеча.

— Отец перед нападением сказал мне кое-что. – Авила прикусила губу, явно вспоминая тот миг. – Он сказал, что мама поплатилась жизнью за предательство. Что, если это он ее убил?

— Он мог сказать тебе это со злости. – Тайро прищурился и выдохнул. – Он прекрасно знал, что это тебя ранит. Люди часто используют самые мерзкие формулировки и слова, чтобы ранить кого-то.

Тайро вспомнил слова Юфеймиоса в тот день, когда Авила пришла в себя после нападения. Он говорил, что отец Тайро изнасиловал сестру Флавия. Тогда ему хотелось врезать волшебнику изо всех сил. Но он понимал, что будь это правдой – ее не исправить, а окажись ложью, как скорее всего и было, – лишь подольет масла в огонь.

— Как думаешь, мог? – с надеждой во взгляде спросила Авила.

Тайро знал точно – мог. Но разве он решится сказать об этом Авиле и разбить оставшуюся веру в отца. Флавий был отвратительным человеком, и это знали многие, но он видел, что в душе Авила все еще верила во что-то хорошее в нем, собирала крупицы любви к отцу и хранила их.

— Нет, – сдержанно улыбнулся Тайро. – Как можно.

Авила улыбнулась и, казалось, облегченно выдохнула.

— Я пить хочу, – чуть тише произнесла она и прикусила губу.

— Сейчас, – тут же отозвался он.

Тайро поднялся, быстро поцеловал Авилу в губы и встал с кровати, поспешив добыть для любимой столь необходимую воду. Он нашел на полу штаны и, натянув их на себя, быстрым шагом отправился из комнаты. Он улыбался своим мыслям. Авила даже в постели оказалась такой же любознательной и ненасытной до нового, как и во всем остальном.

Выйдя из комнаты, он обнаружил, что за столом сидел Атрей. Он что-то писал под свет от горящих свечей. Рядом лежало несколько сожженных фитилей и скрученных свитков. Тайро понял – он сидит здесь не первый час.

— Что ты здесь делаешь? – с прищуром спросил Тайро и прошел к кувшину с водой.

— Работаю, – коротко ответил Атрей и макнул перо в чернильницу. – Пока вы развлекаетесь.

Атрей сидел здесь и слушал. Тайро взял кружку, резко развернулся и усмехнулся.

— Настолько все плохо на личном фронте, что за чужим подсматриваешь? – кинул Тайро и налил в кружку воду. Плевать на то, что слышал Атрей. Его интересовал совсем другой вопрос, и он собирался его задать.

— К сожалению, это единственный стол в доме, – спокойно ответил Атрей и вернул перо в склянку. Он взял свиток в руки и медленно помахал им на ветру, чтобы чернила быстрее высохли.