Книга Песнь сердца и пепла, страница 122 – Анастасия Левальд

Тело немело, значит, совсем скоро крылья отпадут, его парализует и ему будет необходима помощь. Он не знал, сколько пролежит в бессилии после использования артефакта во всю мощь в течение часа, и желал как можно быстрее долететь до домика, скрытого в деревьях.

Райко не мог осознать смерть дракона. Его большие глаза, в которых читались мучения и боль, закрылись, шумное дыхание прекратилось, и в эту минуту оборвалась целая эпоха, в которой драконы являлись почитаемыми хранителями мира. Последний его предок погиб, и Райко боялся признаваться себе, что в этом только его вина. Из-за резкой боли в спине он перестал контролировать полет и упал, проскользив по сухой земле, ободрав кожу и несколько раз ударившись о камни.

Однако уколы совести били больнее. Как он мог позволить себе дойти до того, что чуть не стал убийцей своего брата? Он видел разрыв, разлом на его крыльях и остановился, лишь преодолев себя, лишь когда увидел бездыханное тело дракона, павшего от уничтожения первозданной магии. Как Тайро мог себе это позволить? Он стал предателем и вынудил Райко идти на такие меры лишь для того, чтобы восстановить гармонию в мире. Тайро бессовестно пришел к ним на прием, решил помогать врагу, он – предатель, который не думал о последствиях и поплатился за это своей магией.

Райко, преодолев сильную режущую боль, встал на ноги. Крылья остались на земле и растворились в воздухе, а он сделал шаг к домику. Он совсем рядом, осталось несколько минут действия артефакта, и его парализует. Он вспомнил девчонку – эфирного мага и, судя по всему, еще одного представителя дома Властителя. Она лечила Тайро. Ее жизнь постепенно переходила к нему и восстанавливала разлом. Райко не знал, сможет ли магия вернуться к Тайро, вдруг это станет отправной точкой и к воскрешению Аксониса, который не мог существовать без нее и погиб, когда она ушла из тела Тайро, но допускал такую возможность. Во всяком случае, даже если дракон не воскреснет, у мира еще будет надежда на сохранение магии, если той девчонке удалось его спасти.

За деревом показался дом. Райко улыбнулся, но в этот же миг его пронзила боль. Время вышло. Он с криком упал на землю и стиснул зубы. Боль, подобно сильному разряду, молниями разрывала его тело и все, что ему оставалось, – это терпеть.

Скрип двери говорил о том, что его услышали. Возможно, это Лиззи – дочь лесника.

— Райко!

Женский голос принадлежал именно ей. Она поможет. Но понимание этого приносило слабое удовлетворение. Лиззи склонилась над ним. Светло-русые волосы колыхались на ветру, а зеленые глаза будто застыли в немом вопросе. Кажется, она все поняла: прежде зажатые губы вытянулись в трубочку, а на лице проступила обиженная гримаса. И если бы не боль в теле, он бы даже умилился ей.

— Ты опять использовал магию? – прищурилась она.

Может, не стоило ей все рассказывать? Райко чуть улыбнулся. Она вздохнула и присела рядом, явно прикидывая, как его поднять. В следующее мгновение она резко залезла в карман Райко, вызывая в нем смущение. Она пошарила сначала в одном, ища, скорее всего, бутыльки, а после, наклонившись сверху, в другом.

— Нашла! – Она вытащила два небольших сосуда. Один – с частицами, сверкающими золотом, другой – с дарующей водой. – Должно помочь.