Книга Предначертанная. Часть 1, страница 218 – Шахназ Сайн

— Через несколько месяцев мои обязательства прекратятся, – напомнила Мира, – и наши пути разойдутся. Прошу вас, не связывайте меня с вашей семьёй, – в голосе Миры прозвучало отчаяние и чувство стыда за сказанное, она понимала, насколько её слова звучали некрасиво. Но по крайней мере это было честно. Лгать не хотелось, особенно в глаза. – Я не хочу этого.

Спокойно развернувшись, Мира вышла из комнаты. Смотреть на Махиру, лежащую в постели и наблюдавшую за ней блестящими глазами, полными надежды и веры, было невозможно.

«Неправильно всё это, – думала Мира, выходя из комнаты. – Неправильно».

С каждым днём пребывания в доме Ибрагима Асадовича и Махиры внутри Миры затвердевал маленький колючий ком, формируя что-то необъяснимо тяжёлое. То, что происходило в этой семье, напрямую влияло и на её состояние. Это было настолько ощутимо, что не поддавалось никаким сомнениям.

Стоило только сказать Махире, что полтора месяца не могут сделать её частью семьи, как сердца сразу же коснулась необъяснимая тонкая нить.

Связь не просто возникла. Она уже была до этого.

Время близилось к восьми. Нервозность брала верх. Мира дико боялась встречи с Ратмиром. Она слишком хорошо помнила их первую встречу и его догадки. Опасения.

Не дожидаясь, пока он за ней заедет, она вышла из дома и набрала в лёгкие как можно больше свежего воздуха. Опустив голову, пребывая в тяжёлых раздумьях, Мира побрела по дороге.

Нина, стоящая у окна в комнате Махиры, рукой придерживая плотные шторы, настороженным взглядом проводила поникший женский силуэт, что скрылся за воротами.

Стремительный поток мыслей навевал сильнейшее беспокойство, как ветер, обдававший резким холодом.

Мира медленно шла по обочине дороги, ведущей к автобусной остановке. Попытка совладать с собой провалилась с таким треском, что ожидания от предстоящего разговора стали ещё негативнее.

Рассуждая или даже споря с внутренним голосом, она чувствовала, что настроение становилось мрачнее с каждой секундой. Нет, она определённо не была готова к таким поворотам событий и тем более к столь ошеломляющим «подаркам» от жизни, когда внезапно решила написать ответ Ибрагиму Асадовичу полтора месяца назад.

Доверие к просьбе матери, которая снилась ей редко, сыграло злую шутку или же, наоборот, как красная нить Судьбы повела за собой во тьму, чтобы Мира обрела предначертанное ей.

Прикрыв глаза и тяжело вздохнув, пытаясь не фокусироваться на том, насколько одно маленькое действие беспощадно перевернуло всю её жизнь, она ускорила шаг.

Решение Махиры переписать на неё долю Лейлы в крупной компании Мира восприняла как неподъёмную золотую цепь, которая всего от одного прикосновения к коже превратится в настоящие наручники, снять которые уже не удастся.

— Не удастся, – повторила она себе под нос, усмешка на секунду отразилась на грустном, озабоченном от раздумий лице, а затем угасла.

Но больше всего раздражала глупая уверенность в том, что через считаные четыре с половиной месяца всё, наконец закончится и останется в прошлом.

Ложь, такая скользкая и отвратительная, чувствовалась не только на руках, но и в груди. В ушах послышался тревожный звон колоколов души, и Мира, морально сжавшись в комок, протяжно и шумно выдохнула.

Да не будет всё, как раньше!