Книга Предначертанная. Часть 1, страница 145 – Шахназ Сайн

Вечерняя свежесть быстро дала о себе знать, Махира озябла. Стоило солнцу скрыться за горизонтом, как сразу же наведалась вечерняя апрельская прохлада.

На столе расставили готовые блюда, и Ибрагим Асадович попросил Нину остаться и поужинать с ними, желая посидеть в семейном кругу. Она с радостью согласилась, и глаза-бусинки ярко сверкнули на круглом розовом лице.

Разговор за столом шёл обо всём понемногу: то Мира рассказывала об отце и его дальних плаваниях, то Нина вспоминала прошлое, где маленький Иван с Лейлой резвились и шалили, то Махира подключалась, с удовольствием поддерживая приятные воспоминания, заставляя тем самым сидящих вокруг неё сиять радостью.

Ужин становился поистине семейным, а смех Миры только громче.

Ибрагим Асадович добродушно улыбался, не в силах нарадоваться тёплой обстановке. Такие моменты прошлого, казалось, уже не вернуть, но по воле Всевышнего он вновь стал их свидетелем. Махира, укутанная аж двумя пледами и выглядывавшая из-под них, как белка из норы, рассказывала об озорстве Лейлы, Ивана, Сюзанны и Дженка, которые переворачивали дом вверх дном, стоило этим озорникам остаться одним.

— А передний зуб отсутствовал, – продолжила рассказ женщина с тёплой грустью в голосе. – Она выглядела смешной и милой, моя девочка. А из-за того, что Сюзанна частенько подшучивала над ней, Лейла однажды решила перестать смеяться. А для ребёнка, полного сил и энергии, с лица которого никогда не сходила улыбка, молчание требовало немалых усилий.

— И тогда включился Иван, – вспомнила Нина, задумчиво качнув головой. – И как думаешь, Мира? Этот негодный мальчишка решил, что не позволит случиться такой несправедливости, и следующие часы превратились для Лейлы в настоящую пытку! Он всячески пытался рассмешить молчунью: то корчил рожицы, то щекотал, то ещё что-то, и так…

— Она не выдержала, – продолжила Махира, заметив, как Нина сделала паузу, позволив ей закончить вместо неё. – Сладкий смех моей девочки разлетелся по всему дому! Это было прекрасно, боже мой! – Из груди Махиры вырвался сладостный вздох, воспоминания минувших дней кинолентой пробежали перед глазами, представ в ярких красках, словно всё это произошло на днях. – Смешная девчуля Лейла без переднего зуба и с ямочками на щеках, полная жизни, залилась громким смехом. Это было прекрасно!

Но грусть оказалась сильнее, и радость во взгляде Махиры быстро сменилась осознанием того, что всё это в прошлом. Далёкое прошлое, от которого всего на секунду стало тепло, а затем до ужаса холодно. Но Ибрагим Асадович, да и другие, сидящие за круглым столом, оказались свидетелем прекрасного мгновения: печальные глаза на исхудавшем лице больной женщины впервые за долгое время озарились радостью. Это было настолько важно для главы семейства, что хотелось запечатлеть каждую долю секунды этой восхитительно нежной улыбки на лице супруги.

— Ох, как бы хотелось на них посмотреть! – воскликнула воодушевлённая Мира, поедая овощной салат. И тут у неё возникла идея. – А можно посмотреть детский альбом? – обратилась она к Махире.

— Конечно, милая, – без раздумий ответила та. – Они в шкафу Лейлы, на верхних полках. Если хочешь, можешь принести их, и мы вместе посмотрим.

— Можно? – пробормотала Мира, крайне удивлённая разрешением заглянуть туда.