Книга Предначертанная. Часть 2, страница 31 – Шахназ Сайн

Превозмогая ноющую боль в предплечье и ломоту в теле, Мира аккуратно просматривала гардероб Алана, пытаясь понять, что из всего мужского можно было себе подобрать. Учитывая его немаленькие габариты и приличный рост, это оказалось довольно-таки сложно. Но выбора у Миры не было, приходилось выбирать из того, что было.

Как и предупреждал Алан, через некоторое время приехала медсестра, молодая девушка по имени Раиса. Она без лишних вопросов аккуратно обработала и перевязала рану Мире и, дав ей несколько дельных советов, уехала. Её появление и отъезд произошли настолько быстро, что можно было не сомневаться в том, что эта девушка уже не раз бывала в этих стенах и научилась не удивляться подобным сценам.

Несмотря на несколько таблеток обезболивающего, что Мира приняла утром, любое движение рукой вызывало у неё пронзительную боль, каждый раз заставляя затаивать дыхание и замирать на месте в ожидании, что эта болевая вспышка вот-вот угаснет и станет легче. Но легче не становилось.

Слишком мало времени прошло с того вечера на крыше, когда романтический ужин при свечах перешёл не просто в похищение, а чуть ли не в убийство.

Ни её тело, ни душа не успели восстановиться. Прошло всего несколько дней. Учитывая не самую простую ночь, которая будто высосала из Миры последние силы, Мира чувствовала, что разваливается на части, отчего ей хотелось просто сесть и заплакать. Но и слёзы, как назло, отказывались изливаться наружу. Что-то внутри сгущалось в тугой узел, который с каждой секундой становился всё невыносимее и был готов вот-вот перерасти во всепоглощающую ярость.

Но сквозь мрак всегда должен пробиваться свет. По крайней мере, этому учили Миру родители. Тусклый, едва заметный огонёк, который безмолвно будет звать к себе, заставляя обессиленные ноги медленно двигаться в его сторону. Шаг за шагом, этот свет вдали будет порождать в сердце человека крупицы надежды, которая вскоре сможет обрести невероятную силу. Силу, перед которой не устоит даже самая кромешная тьма. Силу, перед которой преклонится и сама смерть.

Мира пыталась держаться за мысли, которые в конечном итоге привели её к Ратмиру. И, зацепившись за них, как за спасательный круг, чувствуя, как они помогали ей медленно двигаться вперёд, заполнять пустоту и оставаться на плаву, Мира старалась не падать духом. Она должна была не потонуть в собственной бездне отчаяния, в которую осознанно кинулась и в которой вот-вот могла обрести свою кончину.

Тяжёлый поток мыслей заставил вырваться из груди поникшей девушки сдавленный стон. И вот Мира вновь вернулась в реальность и, задумавшись, стояла у раскрытого настежь шкафа в попытке подобрать себе что-то подходящее: одна часть одежды была аккуратно разложена по полкам, другая состояла из идеально проглаженных рубашек, водолазок, свитшотов, которые друг за другом висели на вешалках и напоминали шествие людей в чёрно-сером. Мира понимала, что атмосфера шкафа гармонировала как с самой квартирой, так и с её хозяином.

Не сразу, но ей удалось найти худи серого цвета и джоггеры. Их размер был раза в два больше самой Миры, но низ хотя бы удастся затянуть шнурками на талии. А верх будет нелепо висеть на её исхудавшей фигуре. Мире сложно было признаться себе в том, что чем глубже она ныряла в тайны семьи Ибрагима Асадовича, тем сильнее начинала испытывать тревогу при виде чёрного цвета, который постоянно напоминал о трауре и смерти. Её предстоящей смерти, дышащей ей в спину.