Книга Предначертанная. Часть 2, страница 158 – Шахназ Сайн

Мира отпрянула, чувствуя, как холодок пробежал по спине.

— Я не понимаю, – она опустила взгляд и посмотрела на свою грудь, а затем на старуху. – Хотя бы скажите, могу ли я как-то влиять на эти сны?

— Как аккуратно ты игнорируешь одно и перетягиваешь внимание на другое. Ведь тебя волнует другое, девочка, тебя волнует, почему я в прошлый раз упомянула твою мать, не так ли?

— Да, – призналась Мира, не желая лгать. – И это в том числе. И вначале я хочу понять, могу ли я увидеть то, что мне надо, а не то, что возникает само?

Ещё один скрипучий звук, похожий на усмешку.

— А ты думаешь, что всё возникает само?

— Конечно, – без раздумий ответила Мира. – Я на это никак не влияю.

Старуха медленно качнула головой из стороны в сторону. Она говорила с остановками, твёрдо и уверенно произнося каждое слово и букву, словно пыталась на расстоянии высечь что-то в сознании девушки.

— Всё, что с тобой происходит, случается только потому, что ты этого хочешь. Ты позволяешь этому происходить. И ты этому способствуешь.

— Но… Тогда почему я не вижу маму? Она мне почти никогда не снится. Я не знаю, что с ней случилось. Как она ушла из этого мира. Хотя бы что-нибудь увидеть, понять… Но она мне не снится… – голос Миры был полон отчаяния.

— Каждый твой шаг, каждое слово – это выбор, который зависит только от тебя. Ты венец своей жизни и того, что с тобой происходит. И то, что ты видишь эти сны, говорит о том, что ты зовёшь их к себе, девочка. Как бы ты ни боялась, ты позволяешь им найти место в сердце, лелеешь их, позволяешь пустить в душу корни, становясь единым целым с ними, – Баба Ася не терпела никаких пререканий.

— Баба Ася, как я могу хотеть видеть кошмары? – Мира нахмурилась, не соглашаясь с услышанным. – Вы же понимаете, что это не самые радужные сновидения бывают. Я такого не хочу и тем более не зазываю к себе!

— Не ты ли каждый раз проваливаешься глубже в эти сновидения, какими бы страшными они ни были?

Мира раскрыла рот, но затем сомкнула губы, так и не издав ни звука.

— Ты носишь в себе то, во что веришь.

Мира вскочила на ноги, нервно проведя пальцами по волосам. Её тень на стене взметнулась, как испуганная птица.

— Но это не ответ на мой вопрос!

— Сядь, – глухо сказала старуха. Дважды ей повторять не пришлось.

Мира опустилась в кресло.

— Значит, вы не поможете мне? – в голосе Миры прозвучала безнадёжность.

— Я не могу вмешиваться в то, во что нельзя. – Баба Ася повернулась к окну. – То, что с тобой происходит, не в моей власти.

— Но ведь вам это знакомо, Баба Ася, вы тоже видите такие сны…

За окном завыл ветер, заставив шторы трепетать. Мира продолжила, глядя на окаменевший профиль старухи:

— Вы предупредили Мурада Давидовича о моём появлении. Вы сказали ему, что я могу как-то повлиять на его будущее, хотя я не понимаю, как это вообще возможно. Но и жива я до сих пор только потому, что вы не позволили ему убить меня, я права?

— Верно, – медленно сказала Баба Ася.

— Но я не понимаю правил вашей игры! – Мира сжала кулаки. – Почему вы позволяете мне жить, когда изначальный ваш посыл сыну был в том, чтобы меня убрали? И почему вы вдруг решили дать мне выбор… уехать или остаться?

Баба Ася не спеша повернула голову на голос Миры. Её слепые глаза вдруг показались Мире видящими. И оттого ещё более устрашающими.