Книга Предначертанная. Часть 2, страница 138 – Шахназ Сайн

Тамара резко вдохнула, будто её ударили в солнечное сплетение.

— Секс без любви отвратителен, – её голос дрогнул, брови неодобрительно сдвинулись к переносице. Она почувствовала себя до невозможности неуютно – из-за него, из-за всей этой ситуации. И как бы она ни пыталась собраться с мыслями, это никак ей не удавалось.

Давлат усмехнулся, нарочито медленно сказав:

— Учитывая твои стоны, я бы так не сказал.

Глаза Тамары вспыхнули – карие, блестящие, как лезвие ножа на солнце. Сверкнувшие от злости. Ненависть мгновенно отразилась в них. А следом и обида. Давлат застыл на долю секунды, поняв, что его мимолётно брошенные слова ранили её.

— Да пошло оно всё… – Тамара рванула к двери.

Её остановил голос Давлата, низкий и твёрдый:

— Есть кое-что, о чём я хочу тебя предупредить.

Тамара нехотя обернулась. Что-то в его тоне заставило прислушаться её, и она хмуро уставилась в его глаза. В женской позе читалось напряжение – пальцы, сжатые в кулак, впились в ладонь. Она всем телом почуяла неладное, и, как оказалось, не зря. Его слова прозвучали как приговор.

— Если ты забеременеешь, не смей делать аборт. Мне нужен этот ребёнок.

Тишина.

Мёртвая тишина.

Как будто кто-то выключил в мире весь звук. Даже часы на стене замедлили ход, хотя до этого мгновения исправно тикали.

— Что? – растерянный шёпот и распахнутые от удивления глаза выдали изумлённое состояние Тамары.

Давлат заметил, как её зрачки расширились, как кожа на шее покрылась мурашками. Видел, как её живот рефлекторно сжался – инстинктивная защита несуществующего ещё ребёнка.

— Ты всё слышала. Повторять не буду.

— Да пошёл ты! – голос Тамары сорвался, превратившись в хрип. Внутри неё всё взорвалось – гнев, изумление, непонимание. Она чувствовала, как её тело предательски дрожало, как сердце заколотилось в панике, к которой невозможно было подготовиться.

Давлат не двинулся с места. К чашке с кофе он так и не потянулся.

— Я не шучу, Тамара, – произнёс он тем же непоколебимым тоном, – если ночь между нами обернётся чем-то большим, я не позволю тебе избавиться от ребёнка. И если, не дай бог, ты утаишь это от меня, ты даже не представляешь, на что я способен в гневе.

Тамара глупо захлопала ресницами, наконец осознав, что он не шутил. В его глазах читалась та же решимость, что и в первый день их знакомства, когда он молча вошёл в гостиную брата.

— Я не забеременею. И эту ночь мы забудем так же быстро, как она и прошла, – вырвалось у Тамары спустя некоторое время оцепенения.

Давлат медленно обошёл кухонный островок и, встав перед Тамарой, опёрся бедром о стол.

— Не стоит делать поспешных выводов, ты ведь не такая, – его голос вдруг стал грубым, в нём проскользнула тень боли, которую он моментально спрятал за привычной холодной маской. – Ты сейчас не в состоянии трезво оценить ситуацию, но, думаю, это скоро произойдёт. И мы с тобой ещё вернёмся к этому разговору.

Не в силах выдержать напряжения, которое возникло между ними, и зловещее дыхание неизвестности и опасности, Тамара быстрым шагом, чуть ли не бегом, выскочила из кухни и побежала в сторону прихожей.

* * *

Тамара не поняла, как доехала до дома на такси. Всё было как в тумане. Всю дорогу она смотрела в окно, по которому начал хлестать дождь, отражавший её внутреннее состояние. И надо сказать, ему это хорошо удавалось.