Книга Поцелуй с откатом, страница 79 – Тина Солнечная

Каблуки делали её выше. Волосы, распущенные по плечам, блестели в свете магических шаров. Губы — тёмные, приоткрытые. Глаза сияли.

Я не мог отвести взгляда.

Моя девочка выглядела как грёбаная мечта, материализованная прямо на танцполе. И она улыбалась. Не мне. Ему.

Целителю.

Он держал её слишком близко. Его рука была на её талии, и он что-то сказал — прямо в ухо. Она улыбнулась и кивнула. Спокойно. Так, как будто это нормально.

Я сжал кулаки. Меня буквально разрывало изнутри.

Хотелось подойти и забрать. Вырвать с этого бала идиотов, из его рук. Прижать к себе, сказать, что хватит. Хватит играть, хватит прятаться, хватит не быть моей.

Музыка стихла.

Они замерли на пару мгновений, словно не желая отпускать друг друга из объятий танца. Юкка слегка запрокинула голову, её чёрные волосы блестели в мягком свете, а чёрное платье облегало фигуру так идеально, что у меня перехватило дыхание.

Она улыбнулась. Но не мне. Она смотрела на него. На Элайна.

Он что-то тихо сказал ей — наклонился к самому уху, почти касаясь губами её кожи. И она улыбнулась чуть шире. Я не услышал слов — только увидел, как она чуть кивнула.

Он взял её за руку. И она пошла с ним.

Они вышли из зала — рука в руке. Он держал её бережно, как будто боялся потерять. А она позволяла.

Я пошёл следом.

Не скрываясь — просто держался в тени. Музыка за спиной стихла, смех и гомон остались внутри, а я шаг за шагом приближался к моменту, которого боялся.

Они остановились в полутёмной нише между колоннами, где почти не было людей. И, к моему удивлению, она не заметила меня.

Или не захотела заметить.

— Юкка… — сказал он тихо. Я затаил дыхание.

Он развернул её к себе, всё ещё держась за руку.

— Я больше не могу так, — проговорил он. — Притворяться, что я твой парень. Говорить, что ты моя девушка только на словах.

Я сжал зубы.

— Я… влюблён в тебя, — признался он. — По-настоящему. Ты — чудесная. Милая. Ты не такая, как все. И я знаю, что смогу сделать тебя счастливой.

Он говорил искренне. Даже слишком. А я стоял в тени и слушал, как другой мужчина признаётся в любви моей девочке. Этому идиоту хватило смелости сделать то, о чем она просила меня. Кажется не он тут идиот.

Молчание.

Она не отвечала. Просто смотрела на него. Не убирала руку, не отстранялась, но и не кидалась в объятия.

И вот тут меня охватила ярость и… надежда.

Потому что я только что узнал, что между ними ничего не было. Потому что я видел, как она откликалась только на мои прикосновения. Потому что я надеялся, что сейчас она скажет «нет».

Но пока она молчала.

И я стоял, затаив дыхание, и ждал ответа, который мог либо спасти, либо добить меня окончательно.

Я стоял в полумраке, затаив дыхание.

Словно малолетка, прячущийся за углом, чтобы подслушать разговор своей первой любви.

Словно идиот.

Но не мог уйти. Не мог не услышать.

— Я влюблена… — сказала она.

Мир замер.

Она улыбалась. Я видел только её профиль, но знал эту улыбку. Не насмешливую. Не смущённую. А ту самую — настоящую, тёплую.

— Я должна признаться тебе, Элиан. Я уже очень давно влюблена в одного замечательного мужчину, — продолжала она.

— Он всё это время был рядом. Был моей опорой. Поддержкой. Учителем. Он оберегал меня, даже когда не должен был. Даже когда говорил, что ему всё равно.