Книга Поцелуй с откатом, страница 18 – Тина Солнечная

— Можно? — он кивнул на свободное место.

Элайн махнул рукой — мол, садись. Парень сел, начал что-то рассказывать о том, как они на практике перепутали настойки. Мы почти рассмеялись, как вдруг подошёл ещё один — тоже с факультета целительства, я видела его в начале занятия. Присоединился, и уже через пару минут я сидела за столом в окружении троих целителей, которые болтали и подкалывали друг друга, а я просто ела, молча кивая и поглядывая на них украдкой.

Они были веселыми и совершенно точно светлыми. И эта лёгкость чужой болтовни странно грела, даже если мне нечего было добавить.

В какой-то момент я подняла голову и поймала взгляд. Эртан. Он проходил мимо, чуть замедлив шаг у нашего столика. Его взгляд скользнул по мне, потом на Элайна, и что-то у него в лице едва заметно дрогнуло.

К нему тут же подошёл другой парень — темноволосый, высокий, с ленивой ухмылкой.

Тот самый.

Еще один поцелуй на той вечеринке. Его рука легко легла Эртану на плечо, они перекинулись парой слов, и ушли куда-то вместе.

Я опустила взгляд в тарелку, слушая, как мои «соседи» смеются над чем-то своим.

И почему-то внутри было жарко и странно пусто одновременно.

Элайн откинулся на спинку стула и посмотрел на меня чуть внимательнее, отгородившись от шумного смеха двух других целителей.

— Ну и как прошёл твой первый урок у стихийников? — спросил он, будто между делом, но взгляд был внимательный, цепкий.

Я пожала плечами, ковыряя вилкой кусок пирога.

— Преподаватель вроде доволен, — сказала я нейтрально. — Сказал, что потенциал есть.

— Потенциал у неё, — подхватил один из парней с другого стола, явно подслушав наш обмен репликами, — ого-го какой! Стихийница — это вам не абы кто.

Целитель уже за нашим столом кивнул, ухмыляясь.

— Стихийники у нас на вес золота, Юкка. Особенно если хорошие. Они чаще всех с нами, целителями, работают. Договора, обмен потоками. Хороший стихийник может за семестр заработать больше, чем средний целитель за год.

— Зато все стихийницы потом за нас замуж выходят! — подхватил кто-то ещё, и за столом раздался дружный смех.

Я смотрела, как они шутят и подталкивают друг друга локтями, и не знала — улыбаться мне вместе с ними или нет.

Элайн только покосился на эту стайку весельчаков и хмыкнул:

— Ешь давай, стихийница, — сказал он негромко, почти дружески. — С такими аппетитами у твоих «потенциальных контрактов» шансов не останется.

И всё вокруг снова наполнилось тихим смехом и ароматом тёплого пирога. Но внутри меня что-то шептало — слишком ярко и настойчиво: «Я не ваша. И никогда не буду.»

Когда смех за столом чуть стих, Элайн снова повернулся ко мне, чуть склонил голову, наблюдая, как я доедаю пирог.

— Только не расстраивайся раньше времени, Юкка, — сказал он тихо, так, чтобы слышала только я. — Быть стихийницей — это не приговор и не подарок. Это всего лишь один кусок твоей магии. Ещё рано делать выводы. Я вижу, что ты не очень рада.

Я подняла на него глаза, хмыкнула.

— А они думают, я сразу радостно побегу искать себе «контракт», — бросила я чуть насмешливо, но без злости.

Он улыбнулся — едва заметно, уголком губ.

— А я не думаю. Ты не из тех, кто кидается в объятия первым встречным. Но завтра тебе всё равно придётся попробовать ещё пару направлений. Я договорюсь с преподавателями — посмотрим, как поведёт себя твой поток на других направлениях. Два факультета, максимум три. Так будет честнее.