Книга Эйлирия. Мужья Оли, страница 19 – Тина Солнечная

Моя спина взмокла от пота, и тонкие струйки стекали вниз, но его жадные руки нежно стирали их, продолжая ласкать моё тело, будто стремились запомнить каждый миллиметр моей кожи.

— Скажи, что ты моя, Оля, — его голос был низким, горячим, полным власти, и он словно проникал в самое сердце.

Вместо ответа я только застонала, не в силах вымолвить ни слова, поглощённая волнами удовольствия, которые прокатывались по всему телу.

— Давай, девочка, ты должна сказать это, — его слова были полны настойчивости. — Я твой, Оля-Оливия. А ты моя.

— Я… ох… Я твоя, Вассо. Твоя… — слова вырвались из меня, как крик наслаждения, перекрывающий всё остальное.

В этот момент брачная вязь на моей руке внезапно запекла, словно обжигая кожу, но мне было всё равно. Вся эта боль, эти магические последствия, терялись в ощущениях, которые захватили меня целиком. Как же хорошо. Боги, ради него одного стоило вернуться в этот мир, воскреснуть.

— Умничка, — прошептал он, и его губы вновь впились в мои в горячем, жадном поцелуе. Этот поцелуй был полон страсти и владения, его руки сжимали меня ещё крепче, а наши тела двигались в унисон. Казалось, что мир вокруг исчез, остались только мы — погружённые в безумие удовольствия и желания.

Каждое его движение, каждый новый поцелуй захватывали меня всё больше, унося в вихрь ощущений. Мои руки скользнули по его сильным плечам, а дыхание стало тяжёлым и прерывистым.

И когда я уже была на грани, готовая взорваться в вихре удовольствия, дверь в спальню внезапно распахнулась. В неё вошёл Каэль. Точнее, он скорее замер на пороге, словно был парализован неожиданной картиной перед ним. Его лицо, обычно непроницаемое и холодное, теперь выражало нечто новое — полный шок. Он стоял, смотря на то, как я скакала на Вассо, его ледяные глаза расширились, и в них читались смешанные эмоции — то ли ужас, то ли отвращение, то ли даже ревность.

Я мысленно чертыхнулась, понимая, что нас застали врасплох, и даже на мгновение подумала прерваться. Но крепкие руки Вассо удержали меня, не давая сойти с его члена. Я посмотрела на него, и его взгляд был полон ясного намёка — Оливии было бы всё равно, кто и на что смотрит. Этот мир принадлежал ей.

Я прильнула к его губам, позволив себе снова погрузиться в это безумие. Вассо не заставил себя ждать, уверенно насаживая меня на себя, всё сильнее и сильнее, выбивая остатки сознания из моей головы. Боже, как же он хорош. Если мне суждено быть его рабыней по ночам, я готова согласиться на это, лишь бы он никогда не останавливался.

Мои стоны становились всё громче, и в какой-то момент я ощутила, как волна удовольствия накрывает меня с головой. Я выгнулась в экстазе, и тело сотрясалось в судорогах наслаждения. Глаза полу закрылись, но в этот туманный момент я всё ещё уловила его требовательный зелёный взгляд. Что… Что он ждал? Осознание пришло внезапно — он не мог кончить без моего разрешения.

— Кончай, — прошептала я едва слышно, едва справляясь с собственным безумием.

Его тело напряглось, руки ещё сильнее сжали мои бёдра, и на миг я ощутила всю мощь его звериной натуры. Вассо сделал ещё пару мощных фрикций и с рыком излился мне на живот и бедро.

Только тогда я, окончательно приходя в себя, вспомнила о Каэле. Повернув голову, я увидела, что он всё ещё стоит в дверях. Его лицо было застывшим, но я заметила, как он напряжён, и поняла, что он не мог уйти. Не имел права после того, как я его заметила покинуть комнату без моего разрешения, даже если бы хотел. Он был вынужден смотреть на всё, что происходило.