Книга Между оборотнем и драконом, страница 93 – Алина Углицкая, Елизавета Соболянская

— Простите, — смешались девушки, — но боимся, что цены в нашем заведении будут вам не по карману.

Лизавета не успела ответить, как вмешался Эйфрил. Белозубо улыбнулся эльфийкам:

— Пусть это вас не тревожит. Предоставьте моей невесте лучшее, что у вас есть!

— Господин д’Эверон? — пролепетала одна, узнавая его.

— В-вашей невесте? — выдохнула другая.

И обе уставились на Лизу так, словно увидели невероятное чудо.

Та кивнула с достоинством королевы:

— Вы слышали, что сказал мой жених?

— Да, госпожа! Сию минуту, госпожа!

Эльфийки испарились, будто по щелчку пальцев. Только шифоновые шторки ветер качнул.

— Ну все, — Ыргын удовлетворенно потер ладони, — через минуту вся улица будет знать, что у Эйфа появилась невеста-человечка.

— Как будто еще не знает, — фыркнул Инмар, вспоминая визг герцогини.

Лиза покачала головой:

— Как бы нам это боком не вылезло! Неожиданность была нашим козырем, а теперь у матери Эйфа будет время подготовиться к нашему визиту.

— Не переживайте, госпожа Лизавета, — рыжий дракон самодовольно вскинул голову, — у нас есть чем их всех поразить.

— Ну-ну, — попаданка скосила на него подозрительный взгляд. — Нас ты уже поразил.

Она даже представить не могла, что жизнерадостный и шустрый рыжик в присутствии драконицы превратится в запуганного мямлю. Ей еще не приходилось видеть, чтобы люди так резко менялись! И это дракон? А что же будет, когда придется столкнуться с его матерью? Он будет краснеть, мяться и блеять, а она, Лизавета, отдуваться за всех?

Почувствовав ее недовольство, Эйф погрустнел и потупился.

— Не серчайте на него, хозяйка, — прогнудосил Ыргын, — это все воспитание.

— Воспитание? — хмыкнула Лиза, изучая поникшую мордаху рыжика. — Значит, перевоспитывать будем. Не знаю, как у вас, драконов, тут принято, а я никого за ручку водить не собираюсь. Мне в хозяйстве мужчины нужны, а не тряпки. Все ясно?

Эйфрил с задержкой кивнул.

— Ну вот и отлично. Выше нос, женишок, — она приободрила его легким тычком.

Вскоре вернулись эльфийки, в сопровождении местного кутюрье. Им оказался манерный наг с длинными черными волосами, которые он то и дело отбрасывал за спину. Наг картавил, постоянно поглаживал эспаньолку, бурно всплескивал руками и выдавал междометия. Но свое дело знал.

Лизавету загнали в примерочную, раздели до исподнего, обмерили и вынесли вердикт: до драконьих канонов красоты ей далеко, но все не так безнадежно.

Кутюрье на минуту задумался, посматривая на клиентку так, будто примерялся, как бы половчее лишнее у нее отрезать, потом щелкнул пальцами и прокричал что-то вроде «белиссимо!». Эльфийки тут же исчезли за входными дверями.

— Куда это они? — поежилась Лизавета.

Стоять посреди примерочной на круглом вращающемся постаменте в одном корсете и панталонах было не очень приятно. Хорошо еще, что мужчины остались в зале, а женоподобного нага она как мужчину воспринимать не могла.

Тот картинно вздохнул:

— Конечно же за цирюльником!

И ведь почувствовала Лизавета какой-то подвох. Почувствовала! Но понадеялась на авось, за что вскоре и поплатилась: эльфийки вернулись с представителем своего рода. Тот окинул «жертву» цепким взглядом, а потом взмахом руки материализовал из воздуха парикмахерское кресло, трельяж и кожаный баул, в котором, видимо, находились пыточные инструменты.