Книга Надежда драконов, страница 41 – Анетта Невская

Агнис перевела взгляд на Ксангора. Властелин удивленно приподнял брови, но все же решил не вступать в полемику.

— Жила была очень бедная семья дровосеков… — продолжила Надя.

— Тех самых, что пустили шкуру дракона на сумки и башмаки? — спросила Агнис.

— Нет, других, — ответила сказительница. — Тем повезло, и они на этой шкуре разбогатели. Не всем так улыбается удача. Или лес другой, или…

— Или дровосеки из предыдущей сказки убили последнего дракона, — Ксангор посмотрел на Надю с осуждением.

— Возможно. Но давайте вернемся к нашим беднякам, — терпеливо продолжила Надя. — Как ни крутился отец, обеспечить жену и двух детей никак не мог. Случалось, что дома не было даже хлеба. Кстати сказать, жена его была Гензелю и Гретель неродной, то есть мачехой, а потому не испытывала к сироткам никакой любви.

— Как можно обижать обездоленных? — сказка снова задела дракона за живое.

— Когда самой есть нечего, а рядом два лишних рта, о любви говорить трудно, — пояснила Надежда. — И вот задумала она черное дело: отвести детей в лес и там бросить. Но для этого коварного плана нужно было хорошо подготовить мужа. Она без устали пела ему в уши, что для всех них так будет лучше. В любом случае, дети помрут от голода, не лучше ли им сгинуть в лесу? А то еще придется тратиться на похороны.

Надя посмотрела на Агнис. Сестра Властелина, казалось, приготовилась плакать. А Надежда продолжила:

— Но отец ни в какую не соглашался. Он работал еще усерднее, но ситуация так и не выправлялась.

— Ему бы жену, как лишний рот, из дома выгнать. Всем бы стало легче, — нашел разумное зерно дракон там, где его не было.

— Иногда случается, что женщины, особенно такие коварные, становятся дороже собственных детей, — Надя перевела взгляд на Ксангора. — Но мачеха не знала, что Гензель подслушал ее речи. Детским сердцем он почувствовал, что однажды она осуществит задуманное, поэтому пошел во двор и набил карманы блестящими камешками.

Агнис промокнула глаза кружевным платочком.

— Так и случилось, — сказительница сегодня была в ударе. — В один из дней мачеха, под видом того, что собирается помочь мужу, а детей дома оставить не с кем, взяла их с собой в лес. Гензель, не будь дураком, от самого порога бросал камешки, чтобы найти дорогу назад.

Дракон, казалось тоже приуныл. Действительно, грустная история.

— Отец — простая душа, поверил, развел для детей костер в лесу, дал на обед по краюхе хлеба, а сам с женой пошел деревья валить, — продолжила Надя. — Уже ночь настала, костер потух, а за детьми родители так и не явились. Гензель успокоил плачущую сестру и вывел ее по разбросанным камешкам, что блестели в свете луны из леса. Пришли они домой и рассказали все отцу.

— А он что? — не выдержала Агнис.

— Мачеха сделала большие глаза. Наговор все это, говорит. Им показалось! Отец чешет в голове: «Дык, вроде и ты мне такое предлагала?» А у нее глаза еще шире! «И тебе показалось! Я детей в лес отвести хотела, чтобы они там хоть грибов и ягод поели. Что за бредни? Меня, хорошую, очернить хотите? Сами надумали не пойми чего, а я плохая?»

— И поверил жене? — выпалил дракон.

— Поверил. Иногда мужчинам проще отмахнуться, чем докопаться до истины, — Надя специально сделал паузу, но Ксангор на этот раз не стал высказывать мнение. Правда, Надежда отметила поселившуюся в его глазах задумчивость.