Книга Цветок для ледяного дракона, страница 64 – Екатерина Жданович, Сова Люськина

Изменения, произошедшие с ними за время моего отсутствия, были заметны даже на глаз. На кустиках томатов висели крохотные зеленые помидорки. Огурец уже вовсю цвел мужскими цветами, значит, вот-вот появятся и женские. Розы, обещанные Алите, отрастили красивые, ровные побеги аж на десять сантиметров. Бутоны в полуроспуске по моим подсчетам появятся на них как раз к нужному дню, а значит, я все делаю правильно. Ну а моя зелень и вовсе не нуждалась в похвалах. Пушистая, ярко-изумрудная. Стоило коснуться листочков, и по помещению шел чарующий, пряный аромат. Пять огромных, стационарных стеллажей я перестала подпитывать. За эти два дня они наберут массу как раз настолько, чтобы появиться в магазине соблазнительным пучком. Еще пять кушали магию последний день. Ну и несколько десятков разновозрастных тянули силы с требовательностью маленьких детей. Сегодня Анна, одна из работниц, засеяла еще стеллаж. Так, чего доброго, у меня на цветы места не останется. Я улыбалась, крутясь вокруг цветов, и касалась пальцами листиков. Магия и так разливалась по помещению, прекрасно находя нужные растения, но так я тоже словно напитывалась силами от растений. Я была счастлива. Я была на своем месте.

— Леди Белинда, — показалась между стеллажами одна из работниц. Кричать они здесь себе не позволяли. Будто боялись, что растениям громкие звуки могут навредить, хотя я и объясняла, что цветы любят общение. Но моим работникам оказалось приятнее разговаривать с ними лично, тихим голосом. — К вам какой-то мужчина.

Внутри словно фейерверк взорвался. Дармир? Неужели выкроил еще немного времени?

Я бабочкой полетела к входу, слишком поздно сообразив, что дракон вряд ли стал бы просить кого бы то ни было предупредить о своем появлении. Нет, он бы нашел меня сам, устроив приятный сюрприз. Так кому же еще я могла понадобиться?

Но ответ нашелся быстро. Мужчина стоял у входа, одетый в теплую, но не местную куртку, и с некоторым интересом оглядывался вокруг. Казалось, его появление впустило в мой маленький, теплый мирок мороз с улицы. Я заледенела, застыла на месте сжавшись. По спине маршем прошлись колючие иголки. И даже сердце словно замедлилось от сжавшего его мороза.

В мой счастливый мир ступило давно забытое прошлое.

Передо мной стоял Генри Эйзел — мой бывший муж.

Словно ледяная вода хлынула на меня, облив с головы до ног, смывая всю теплоту и радость минувшей секунды. Воздух в оранжерее, еще мгновение назад наполненный ароматами жизни, вдруг стал густым, едким, невыносимым для дыхания.

Генри развернулся на звук моих шагов. Лицо, знакомое до боли, до тошноты, расплылось в улыбке, которая когда-то заставляла мое сердце трепетать, а теперь лишь заставила сжаться в комок ледяного ужаса.

— Белинда! Солнышко мое! — пропел бархатисто сладкий голос, отравленный ложью.

Генри широко раскинул руки, намереваясь обнять меня, как будто между нами не было разлуки, унижений, слез и этого долгого, трудного пути на север.

Инстинкт сработал раньше мысли. Я резко отпрыгнула назад, как от прикосновения раскаленного металла. Спина уперлась в край стеллажа с молодым базиликом, и горшок закачался. Я автоматически протянула руку, чтобы удержать его.

— Не подходи, — мой собственный голос прозвучал чуждо.