Книга Желание богов, страница 10 – Тан Ци

Сердце Чэн Юй дрогнуло. Она замерла на мгновение, затем спросила:

— Третий братец Лянь считает меня слишком навязчивой, да?

Тянь Бу слегка удивилась, но ответила почтительно:

— Мысли господина… я толковать не смею.

Княжна прокашлялась.

— А… Тогда передай ему, что я пришла не… – Чэн Юй сглотнула и, переборов себя, выдавила: – …не потому, что непременно хотела его видеть. Просто случайно заметила его на улице и решила зайти поздороваться. – Она старалась казаться непринужденной, но в голосе предательски прозвучала тоска. – Но раз у него гостья… Ладно, не стоит…

Тянь Бу смотрела на нее с беспокойством.

Чэн Юй потерла нос указательным пальцем, пряча нахлынувшую обиду, и сказала как ни в чем не бывало:

— Раз он занят, я в ближайшие дни не стану его беспокоить.

Но тут Тянь Бу вдруг спросила:

— Княжна, что с вашей рукой?

Чэн Юй вздрогнула, взглянула на левую руку и увидела испачканный красным рукав. Отодвинув ткань, она ахнула от боли – на предплечье откуда-то появилась большая ссадина. Видимо, когда она дернула рукав – сорвала корку и рана снова закровила.

Тянь Бу тут же протянула ладонь, чтобы осмотреть ссадину, но Чэн Юй поспешно отпрянула, неуклюже прикрыв рану рукавом.

— Наверное, не смотрела под ноги, вот и упала по дороге, пустяки, – поспешно сказала она, затем притворно бодро добавила: – Сестрица Тянь Бу, возвращайся к третьему братцу Ляню с докладом, а я пойду.

И немедля развернулась.

Во внутреннем дворе имения великого генерала у озера росло огромное дерево с красными листьями, под которым стоял каменный стол. Третий принц сидел за ним, вырезая узоры на нефритовой заготовке. Неподалеку, в беседке на воде, Яньлань играла на цине. Тянь Бу плохо разбиралась в музыке смертных, потому не узнала мелодию, но поняла, что девятнадцатая принцесса играет что-то грустное, отчего тоска будто сгущалась в воздухе.

Когда Тянь Бу приблизилась к его высочеству, ее вдруг одолели сомнения. Она не ведала, хочет ли он сейчас услышать о Чэн Юй. Поразмыслив, помощница пришла к выводу, что все равно не догадается, о чем думает господин, и потому молча заменила его остывший чай горячим.

Третий принц так и не притронулся к чашке – он был полностью поглощен резьбой по нефриту. Белый камень с красноватым отливом в верхней части постепенно превращался в пару журавлей с переплетенными шеями. Алые вкрапления естественным образом стали алыми точками у журавлей на макушке. Хотя работа была завершена лишь наполовину, журавли выходили будто живые.

Тянь Бу терпеливо ждала, и, лишь когда Яньлань доиграла третью мелодию на цине, его высочество наконец спросил:

— Как она?

— Княжна – человек разумный, – тихо ответила помощница. – Выслушав мои слова, она не стала усложнять мне жизнь и послушно удалилась.

— Хорошо, – равнодушно отозвался третий принц, не отрываясь от вырезания перьев на крыльях журавля справа. Казалось, он задал вопрос из вежливости и ответ не имел для него никакого значения.

— Однако княжна выглядела отнюдь не хорошо, – осторожно добавила Тянь Бу.

И тут же заметила, как рука господина дрогнула. Впрочем, заминка продлилась всего мгновение – почти сразу же резец вновь заскользил по нефритовой поверхности. Под его выверенными движениями проступило еще одно безупречное белое перо.