Книга Попаданка. Финал, страница 127 – Нина Ахминеева

— Если есть источник, но спит, то после вливания чужой жизненной силы, он активируется. Оля, твоя мама одаренная. Пока блокиратор действует, ничего не произойдет. Как только его деактивируют, сила себя непременно проявит. Я проверил. У твоей мамы дар управления огнем.

— Вот это новости, — я не скрывала удивления.

— Думаю, надо Марине рассказать про магию. Человек она взрослый, как воспримет, не знаю, — нервничая, он привычно взъерошил и без того растрепанную шевелюру.

Ну дела. И как тут быть? Не хочется, чтобы мама с перепугу все вокруг сожгла. Объяснить, предупредить непременно надо, но как?

И тут меня озарило. Хитро прищурившись, спросила:

— Физическими законами сможете объяснить магию?

— Частично. В магии ведь не только физика, тут и химия, и математика, и биология. Да та же артефакторика, — ответил мужчина и неожиданно широко заулыбался. — Оля, я понял, о чем ты. Марина любит физику. Не волнуйся, объяснить ей все смогу.

— Вот и договорились.

Немного помолчав, Елизар Авдеевич вдруг сказал серьезным тоном:

— Я знаю, что блокиратор носит президент страны. Али рассказал о вашей встрече с бароном. Надеюсь, ты не полезешь на рожон? И кстати, что там с переездом?

— До Нового года мы все остаемся в особняке, — я вытянула ноги.

Рассматривая ботинки, нахмурилась. Что сказать, а о чем лучше умолчать? О наших взаимоотношениях с Россом, уж точно откровенничать не стану. А вот о том, как накосячили на пару с Али, и сейчас над нами всеми висит дамоклов меч — расскажу. Елизар Авдеевич, умный человек. Возможно, что-то посоветует.

Выслушав мой сжатый рассказ, артефактор несколько томительно-долгих мгновений молчал. А после бережно приобнял, шепнул на ухо:

— Все будет нормально, девочка.

— Надеюсь, — я печально хмыкнула.

В этот момент дверь гостевого домика открылась. Увидев Марию, почувствовала, как быстро-быстро забилось сердце. Застегивая на ходу куртку, старушка подошла к нам.

— На сегодня все. Елизар, можешь идти к своей пациентке, — она собралась было что-то мне сказать, но ее внимание привлек Петя. Цепко оглядев ребенка, опытная няня укорила артефактора: — Малец весь мокрый от снега. Замерз поди совсем, — и шустро направилась к мальчику.

— Пойдешь со мной? — ученый поднялся.

Растеряв все слова, я просто кивнула. Встав, последовала за Ракитиным. В горле пересохло, но отчего-то вспотели ладони. Безумно волнуясь, переступила порог комнаты и выглянула из-за плеча мужчины.

Мама полулежала в кровати. От болезненной бледности не осталось и следа. Умытая, причесанная она походила на хрупкую девушку.

— Мамочка, — выдохнула я на грани слышимости. Но она меня услышала!

Широко распахнув голубы глаза, она несколько томительно долгих мгновений смотрела на меня. А потом шепнула:

— Доченька.

Позабыв обо всем на свете, я рванула к маме. Упав на колени перед кроватью, осторожно взяла ее руку, прижалась щекой. Непрошенные слезы потекли по щекам. Слизнув соленую капельку, я криво улыбнулась.

— Боялась, не узнаешь.

— Что ты, маленькая. Такого быть не может. Материнское сердце не обманешь, Оленька, — мама нежно погладила меня по голове.

Чувствуя, как зашкаливают эмоции, я рвано вздохнула. Много лет она не узнавала меня. Порой даже прогоняла, принимая за незнакомого человека. Никогда не скажу ей об этом. Пусть останется тайной.