Книга Попаданка. Финал, страница 114 – Нина Ахминеева

— Внесу ясность. Ты не имеешь никакого права требовать от меня чего-либо. К княжескому роду Гоевых я не имею никакого отношения. И не стоит надеяться, что стану твоей женщиной. Этого никогда не произойдет, — мужчина побледнел, сжал кулаки. Выдержав короткую паузу, невозмутимо продолжила: — Все это время щадила твое самолюбие, не говорила того что думаю. Барон сказал тебе правду. С того момента, как мы перенеслись в этот мир, ты постоянно создаешь серьезные проблемы, а я их решаю, — на скулах Али ходуном заходили желваки. Не отводя от него взгляда, уверенно пообещала: — Больше этого делать не стану. Дальше сам, без моей помощи. Ты четко дал понять, что живущие в твоем доме соблюдают твои правила. Мне они не подходят. Сегодня до обеда, съеду. Как только маму можно будет забрать, сразу же увезу. И да. Со мной уйдут все те, кто пожелает.

Закончив говорить, подошла к входной двери. Открыв ее, посмотрела на застывшего статуей князя. Казалось, у мужчины в одночасье рухнула вся жизнь.

Опять его бедненького хочешь пожалеть? Не надоело на грабли наступать?

Собрав всю волю в кулак, безэмоционально сообщила:

— А теперь хочу отдохнуть. Прошу покинуть спальню. Пока она еще моя, — и едва заметно усмехнулась.

Не издав ни звука, Али стремительно вышел. Закрыв замок на два оборота, направилась в ванную. На автомате разделась, приняла душ. Надев пижаму, вернулась в комнату, легла в кровать. И тут меня накрыло.

Мучительно застонав, уткнулась лицом в подушку, слезы полились водопадом.

Гадство! Ну что за жизнь такая? Почему, ну почему все так⁈

* * *

Это же время. Особняк главаря Подольской ОПГ. Сауна

«Сучка, развела меня как лоха», — ощущая странную тяжесть в груди, Псих встал с пола.

Несколько секунд постояв недвижимо, он в бешенстве пнул стул. Простынь слетела с бедер. Громко выругавшись, «бизнесмен» нагнулся. Подняв ткань, обмотался, грозно глянул на Попа.

Биться головой тот перестал. Однако, как и прежде вел себя ненормально: не обращая внимания на то, что по лицу течет кровь, Алексей сжимал в руках внушительный нательный крест. И что-то неразборчиво бормотал.

«Что он там бубнит?» — Лаликин прислушался.

— И не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого, — вновь и вновь шептал разбитыми губами бандит.

— Заткнись! — рявкнул Сергей Николаевич. Схватив со стола массивную пивную кружку, с размаху запустил ее в стену.

Стекло от удара разлетелось вдребезги, осыпало осколками голову, плечи Попова. Однако бригадир ударной группы даже не дернулся. Закрыв глаза, он с трепетной нежностью поцеловал золотой крест. А через миг до главаря преступной группировки долетели едва слышные слова:

— … но избави нас от лукавого.

В этот момент входная дверь отворилась. Остановившись на пороге, шкафоподобный громила-охранник, аккуратно поинтересовался:

— Сергей Николаевич, у вас все в порядке?

Безбожно выматерившись, Псих быстро подошел к мини-бару. Схватив с полки бутылку рома, отвинтил крышку и несколько раз жадно глотнул.

«Белобрысая курва, хрен ты, что у меня получишь! — чувствуя, как горло обожгло крепким алкоголем, зловеще оскалился, — Собственной кровью скорее захлебнешься, — внезапно острая боль стрельнула под лопатку, отдала в руку. Не веря происходящему, мужчина судорожно сглотнул. — Никаких проклятий нет. Не иначе эта шалава цыганскому гипнозу обучена. Лично с нее кожу чулком сниму! Но прежде со старухи, пусть сучка полюбуется», — а через долю секунды ощутил, как дикая боль сжала грудь.